Книга Что случилось на балу?, страница 121 – Сабрина Джеффрис

— Очаровал своей обходительностью, чтобы она не замечала, что происходит у нее под носом. — Элиза почувствовала, как ее глаза наполняются невыплаканными слезами. Она слишком хорошо знала характер покойного мужа. — И я уверена, что он покорил Джоселин точно так же, как покорял любую женщину, которую встречал на своем пути. И все же… как эти двое любовников сумели уединиться в палатке… или в каком-то другом месте, не привлекая к себе внимания?

— Этого я не знаю. Если бы я только мог это предотвратить! Джоселин не стала посвящать меня в детали, разумеется. Она сказала лишь, что это случилось один раз, но по ее лицу было видно, что она испытала большое унижение и никогда не призналась бы мне, если бы их встреч было больше. Мне понадобилась целая неделя, чтобы добиться от нее даже этих объяснений после того, как она призналась мне в своей беременности. Она долго отказывалась называть даже имя соблазнителя, утверждая, что мне достаточно знать, что он мертв.

Было просто ужасно оказаться в таком положении для столь застенчивой девушки, как Джоселин, которая с трудом могла даже заговорить с мужчиной. Элиза допускала возможность, что Джоселин сама соблазнила Сэмьюэла, но было очень трудно представить себе подобное.

— И ты уверен, что она говорила правду о том, что это Сэмьюэл соблазнил ее, а не наоборот?

— Элиза. — Он взглянул на нее с сожалением, и от этого ей стало еще хуже. — Для чего ей лгать об этом?

Она попыталась придумать причину, но в его словах была логика, с которой она не могла поспорить. В жизнь девушки грубо вторгся мужчина, которым мог быть любой дворянин. И она никак не могла предвидеть, что позже познакомится с его женой в Англии.

— В то время она была на четвертом месяце беременности, — продолжил Натаниэль. — Я знал, что у меня есть только один способ защитить ее доброе имя — выдумать ей покойного мужа. И я пошел на эту ложь. — Он понизил голос: — Мне очень жаль, дорогая. Я не хотел, чтобы ты узнала об этом таким образом.

— Ты не хотел, чтобы я узнала об этом вообще, не так ли? — через силу сказала она.

Он глубоко вздохнул.

— Я хотел рассказать тебе все, но позже. Я надеялся подождать до тех пор, пока она не выйдет замуж. Пока они с Джимми не устроят свою судьбу. Я никогда не думал…

— Что кто-то станет сомневаться в вашей вымышленной истории? Что кто-то попытается сопоставить факты? — Она покачала головой. — Как ты мог не рассказать мне всю правду в самом начале? Ты поставил на кон репутацию «Элегантных событий», умышленно умолчав о таких важных вещах! Ведь если что-то станет известно обществу, наша организация будет уничтожена! Мы построили наше предприятие с нуля. От него зависит наша жизнь. Но как мы можем продолжать работу, если люди будут думать, что мы скрываем что-то всякий раз, когда представляем наших клиенток в обществе?

— Я понимаю, — сказал он, устремив на нее взгляд, полный раскаяния. — Честно говоря, я думал только о том, как обеспечить Джоселин и Джимми приличное будущее, чтобы им не пришлось всю жизнь прятаться от стыда в моем поместье.

— Если бы ты только потрудился мне все это объяснить…

— Вы с сестрами согласились бы ей помочь в этом случае?

Она осеклась на полуслове.

— Я не знаю. И теперь мы никогда этого не узнаем, не так ли? — Она начала мерить шагами ковер. — Но даже если бы ты решил не рассказывать мне всю правду, мог бы сказать мне то же самое, что майору Куинну, — что ее соблазнил женатый человек.