Книга День правды и лжи, страница 79 – Мари Вудс

Мой смех зазвучал эхом, отражаясь от стен, похожий на перезвон хрустальных бубенцов. Смеяться, как люди, я не могла, даже когда выглядела, как человек. Смех всегда шёл из глубины, из моей истинной природы.

Получив за это ещё один пристальный взгляд от Сайласа, я опустилась на колени рядом с Антонио и взяла жертвенный нож. Этра, с которой мы играли, уселась напротив. На мою предложенную руку с каплей крови она только повела мордой в сторону жертвенника.

Значит при посторонних они не могут запросто слизывать кровь с моей ладони.

Капли падают в центр жертвенного камня, по одной на каждую кошку. Этры слизывают её медленно и величественно. Важничают.

— Что они тебе сказали? — обратилась я к Сайласу, выглянув из-за дрожащего Мага. — Что нужен Верховный Маг Ордена Огня. — И ты притащил Антонио?

Сайлас выразительно поднимает брови. У него говорящее выражение лица: «Серьёзно?» «Конечно я притащил его, Этры же сказали».

В ответ я пожимаю плечами. Я бы спросила: «А можно обойтись БЕЗ Антонио?» И уверена, что получила бы утвердительный ответ. — И что дальше?

Вопрос снова адресован Сайласу. Но он взглядом переводит его на Этр.

— Жертва, — говорят Этры множеством голосов, не открывая рта. Три бездонные пары глаз сходятся на Антонио.

Антонио на секунду перестает трястись и дергается назад. Но потом покорно обмякает, склоняя голову ещё ниже, практически упираясь подбородком в грудь. Так дрожащая жертва пытается спрятаться в последний момент, но понимает, что запах собственного страха скоро убьёт её. И сдаётся, парализованная.

Этры жадно тянут носами — им нравится, как пахнет страх.

— Да не трясись ты так, — бросаю я нашему Главе. — Они тебя не съедят. Жертва — значит кровь. Антонио, двигаясь, как во сне, берет нож и проводит по ладони. Кровь брызгает на жертвенник, её так много, что я начинаю сомневаться — а не придётся мне после этого искать нового Главу? Сколько Главе Ордена Огня нужно крови, чтобы заплатить за ответ Этр? Сколько в людях вообще крови?

Удивительно — после того как кровь перестаёт хлестать из Антонио, как из зарезанного поросёнка, он всё ещё жив. Этры опускают морды и не спеша лижут жертвенный камень. Нож возвращается на его поверхность — с лезвия сходят последние капли. Дальше жертву приносим по очереди мы с Сайласом.

Ни один ответ не стоит больше капли моей крови — жертвоприношение занимает от силы пару секунд. Да, это необычно — для Волшебницы с Земли. Для дочери моего отца. Для Архимага. Для смертного или Бессмертного. Да почти для любого, кто мог стоять тут, на этих камнях. Но не для той, у которой на пальце это кольцо.

Я повернулась и посмотрела на Сайласа. Его взгляд ввинчивался мне под кожу, стараясь добраться до того, что скрывается под ней.

Чтобы понять, кто я.

Мысленно отвечаю ему — «Тебя это не касается» и выразительно смотрю на него и на гранитный булыжник перед нами. Теперь его очередь платить за ответ.

Лёгкий росчерк клинка на ладони. Капля падает на гладкую поверхность жертвенника.

Одна единственная капля.

Я сжимаю губы, чтобы снова не сидеть с открытым ртом, как в прошлый приход к Этрам. Сайласу Гейту требуется не больше времени, чем мне, чтобы принести жертву. Я думала, что знаю всех, чья кровь в этом Мире стоит хоть сколько-нибудь дорого.