Книга Печать Забытой Эпохи, страница 69 – Эмбер Скай

В гостиную, шурша фиолетовым шелком и опираясь на янтарную трость, вошла вдовствующая герцогиня Беатрис Сазерленд. Она приехала за три часа до начала, чтобы лично проинспектировать мои сборы.

— Звездное серебро дома Кроуфордов… — Беатрис подошла к столу, с профессиональным восхищением разглядывая шпильку через золотое лорне де. — Мой суровый племянник вытащил из фамильной сокровищницы реликвию первого маршала рубежа. Девочка моя, ты сломала сердце самому неприступному мужчине этой империи.

— Мы союзники, ваша светлость, — спокойно ответила я, пряча вспыхнувший румянец.

— Союзники, как же, — фыркнула старая герцогиня. — Мужчины не дарят боевые защитные реликвии союзникам, дорогая. Союзникам жмут руки. А теперь — марш в гардеробную! Портнихи закончили платье, и если мы опоздаем к выходу — я лично велю Арчибальду запереть тебя в оранжерее!

Следующий час прошел в вихре шелков, булавок и кружев.

В спальне на втором этаже две лучшие нордтаунские белошвейки, присланные Беатрис, надели на меня созданный ими шедевр.

Платье было сшито из тяжелого, струящегося бархата глубокого темно-изумрудного цвета — цвета хвои векового северного леса. Никаких громоздких столичных фижм или кричащих оборок: корсаж плотно облегал талию, выгодно подчеркивая высокую грудь, длинные рукава из тончайшего серебряного газа мягко спускались к запястьям, а подол падал тяжелыми, безупречными складками, открывая носки туфель из мягкой шелковой кожи.

Вырез каре открывал ровную, матовую линию ключиц и лебединую шею, на которой не было ни капли белил — лишь сияющая, ухоженная кожа, напоенная моим розовым кремом.

Беатрис лично занялась моими волосами.

Густые каштановые пряди были уложены в сложную, царственную высокую корону из кос, открывающую виски и шею.

И завершающим штрихом прямо в центр прически легла серебряная шпилька с соколом — подарок Рейнара. Кристаллы в глазах птицы тускло вспыхнули синим светом, отозвавшись на биение моего пульса, и слились с изумрудным шелком платья в единый, ослепительный ансамбль.

Я подошла к ростовому зеркалу в бронзовой раме.

На меня смотрела женщина сорока лет с Земли, обретшая тело тридцатилетней графини.

Но это больше не была сломленная, запуганная жертва столичного самодура.

В зеркале стояла истинная Владычица Севера — статная, уверенная в себе, с прямым, спокойным взглядом умных карих глаз, гордой посадкой головы и грацией пантеры, готовой к решающему прыжку.

Беатрис подошла сзади, положила холеные руки мне на плечи и посмотрела на наше отражение с неприкрытым торжеством:

— Ты великолепна, Верадель. Джулиан Моро подавится собственной желчью, когда узнает, кого он потерял. А столичные гусыни сегодня вечером забудут, как дышать.

В этот момент за окнами раздался громкий, раскатистый трубный глас фанфар надвратной башни, возвестивший о прибытии первых гостей.

Следом послышался перезвон колокольчиков, грохот каретных колес по мостовой и громкие команды капитана Каэля во дворе.

Зимний Салон на «Вересковом Холме» начинался.

Я сделала глубокий, размеренный вдох, расправила плечи, коснулась пальцами прохладного серебра соколиной шпильки в волосах и повернулась к выходу:

— Пора, ваша светлость. Зажжем этот вечер.