Книга Ученье – свет, а богов тьма, страница 191 – Юлия Жукова

— Простите, – после секундной паузы говорит Азамат в трубку. – Тут как раз один из них. Может быть… Ох нет, я не думаю, что… Хорошо, до связи.

— Почему ты не дашь Ваткину со мной поговорить? – ухмыляется Ирлик.

Азамат прикусывает щеку, соображая, как бы это объяснить понятно и необидно.

Ирлик покатывается.

— Ладно, дипломатия – твое дело. Алтонгирел, Айша, у меня для вас кое-что есть! – радостно объявляет он нараспев, даже пританцовывая. Тут его взгляд зацепляется за Аравата, и он немного скисает. – Пойдемте выйдем, это личное. Хотя… прихватите группу поддержки, а то соплей будет ванна, – морщится он.

В итоге мы все, кроме Азаматовых родителей и Хоса, набиваемся в ту самую пустую гостевую спальню, где мне исповедовался Алтонгирел. Он раздувает ноздри и поеживается в жарком помещении, видимо, тоже заметил. Ирлик, однако, не дает нам опомниться – садится в центре комнаты и раскатывает перед собой что-то подозрительно похожее на свиток пергамента. Я, правда, имею о них представление исключительно по картинкам. Алтонгирел же, наоборот, явно узнает этот предмет, резко втягивает воздух и нервно оборачивается на Азамата. Тот хмурится.

— Да, это именно то, что ты подумал, – сообщает Ирлик, доставая также странного вида металлический стержень с заостренным концом.

Алтонгирел и вовсе спадает с лица.

— К-кто? – неровным голосом вопрошает он.

Ирлик поднимает удивленный взгляд и вдруг заходится хохотом.

— Да нет, нет! – отмахивается он сквозь смех. – Даже если б твоя покойница-мать и захотела с тобой пообщаться, я бы не стал ее так ублажать. Нет, тут все интереснее, тебе звонит отец вон той барышни. – Он кивает на Айшу.

Она вся подтягивается и пробирается поближе к пергаменту.

— Садитесь, садитесь, – приглашает Ирлик. – Это развлечение надолго.

— Он все-таки погиб? – печально уточняет Азамат, присаживаясь так, чтобы смотреть на свиток между плечом Алтоши и Айшиной головой. – Мы так ничего про него и не выяснили, я пытался искать…

— Конечно, погиб! – заверяет его Ирлик таким тоном, как будто со стороны бедного мужика это было какое-то достижение. – Могли бы давно уже меня спросить и не дергаться.

— Ты предлагаешь нам поговорить с мертвым? – переспрашиваю я, присаживаясь за спиной у Айши. – Ты вроде говорил, что нам не положено знать ничего о Подземном Царстве.

— А вы от него ничего и не узнаете, – пожимает плечами Ирлик. – Да и разговором это назвать трудно. Покойники, даже такие качественные, как этот, вообще довольно невнятно выражаются, а уж пишут и подавно из рук вон плохо. Да и вы в ответ много не скажете, крови-то жалко.

— Крови? – моргаю я.

— Это Свиток Тишины, – сообщает мне через плечо Алтоша. – На нем можно писать только кровью.

— Да можно-то чем угодно, – криво улыбается Ирлик, – но все остальное до адресата не дойдет.

Айша сидит очень напряженно, и я кладу ей руки на плечи, а Кир, пристроившийся рядом, берет под локоть.

— Что значит «качественный покойник»? – хмуро спрашивает он.

Алтонгирел внезапно оживляется.

— Он умер не от болезни, не так ли?

— Конечно нет! – фыркает Ирлик. – Он отдал свою жизнь как моцог Умукху за то, чтобы Айша дотянула до возраста обучения.

— Умукху? – морщит лоб Эцаган, прочно прицепившийся к напряженному Алтонгирелу.

Айша тихо всхлипывает, и несколько рук тут же бросаются ее поглаживать и похлопывать.