Книга Пышка не для Дракона, страница 199 – Лиссбет Котцова

Если сейчас защищаться только тем, что мы оказались правы насчёт Лиоры, это не ответит на вопрос, не пропустил ли он угрозу Северу.

Я посмотрела на него.

Он сказал:

— Это будет установлено проверкой.

Ничего больше.

Не стал перекладывать на заместителей.

Не сказал, что всё контролировал идеально.

Лавена записала.

Терен тоже.

Морвей чуть откинулся.

Кажется, ждал сопротивления.

Не получил.

Заседание прервали из-за нового сообщения.

Не о диверсии.

О драконе.

Молодой офицер вошёл слишком быстро и остановился возле Каэра.

— Милорд.

— Говори.

— У патруля возле третьего северного участка двое драконов не смогли обратиться.

Морвей стал внимательнее.

Каэр уже поднялся.

— Ранены?

— Нет. Один потерял сознание после попытки.

Мираэль была далеко.

Но слово не требовалось.

Тихая соль.

Или что-то похожее.

— Где они ели и пили? – спросила я.

Все повернулись.

Офицер растерялся.

— Что?

— До патруля. Последняя еда, вода.

Каэр сразу понял.

— Проверьте.

— Уже…

— Не только склад.

Я встала.

— Где они ночевали, кто выдавал воду в дорогу, чем пополняли фляги.

Морвей смотрел на меня.

Я почувствовала.

Не как на странную бывшую невесту.

Как на проблему.

Или мне хотелось так думать.

Опасная ошибка.

Я заставила себя вернуться к фактам.

Каэр сказал офицеру:

— Сделайте. Иара идёт с вами.

Она уже встала.

— Я найду тех, кто был рядом.

— И не давайте остальным драконам ничего из той же партии до проверки, – добавил Каэр.

Офицер ушёл.

Комиссия только что получила живой пример того, что кризис не существует на бумаге.

Лавена поднялась.

— Я хочу видеть штаб.

Каэр кивнул.

— Сейчас.

Морвей сказал:

— И склады.

— После штаба, – решила Лавена.

Никаких просьб.

Терен собрал бумаги.

Я собиралась уйти.

Морвей остановил:

— Леди Астен.

Я повернулась.

— Да?

Он подошёл ближе.

В пределах приличия.

— Вы действительно сильно изменились.

Вот.

Личное.

Тихо.

Лавена уже разговаривала с Каэром у двери.

Северт остался достаточно близко, чтобы слышать.

Морвей знал.

— Мне говорили.

— Лиора, которую я встречал раньше, значительно болезненнее относилась к сомнениям в собственной компетентности.

Я смотрела.

Он действительно знал её.

Не хорошо.

Но встречал.

— Возможно.

— А вы легко признаёте, что можете ошибаться.

— Учусь.

— После травмы?

Вот это прозвучало почти мягко.

— После опыта.

Морвей улыбнулся.

— Иногда это одно и то же.

Я не ответила.

Он наклонил голову.

— Надеюсь, для вашего же блага, что люди рядом способны отличить одно от другого.

Слова выглядели заботой.

Смысл нет.

Не угроза.

Не «я тебя уничтожу».

Значительно тоньше.

Он говорил:

если ваши новые решения окажутся следствием повреждённого разума, государство имеет право вас не слушать.

И хуже всего то, что формально был прав.

Именно поэтому мне нужны не слова.

Доказательства.

Я улыбнулась.

— Поэтому я и люблю цифры, лорд Морвей.

— Они тоже лгут.

— Да.

Я вспомнила Лиору.

«Цифры не могут лгать одинаково в трёх местах».

— Но обычно им для этого нужен человек.

Впервые его улыбка стала чуть менее естественной.

Совсем немного.

Потом вернулась.

— Очень рад нашему знакомству, леди Астен.

— Взаимно.

Неправда.

Но вежливость вообще редко требует полной искренности.

Штаб комиссия смотрела почти два часа.

Лавена задавала процедурные вопросы.

Кто принимает решение.