Книга Позорница ректора академии драконьей крови, страница 85 – Ксения Соболева

— Хорошо, - сказала я зеркалу. - Если они хотят тренировки, получат тренировку.

К форме пришлось подойти с практической стороны. Парадный мундир младшего круга для боевого двора не годился: стесняет плечи, цепляется за ожог, слишком заметен. В сундуке нашлась старая тренировочная куртка Лианы, потёртая на локтях, но плотная, с внутренними завязками. Я перевязала рёбра полосой ткани поверх лекарской повязки, чтобы меньше болталось при движении, затянула волосы в тугую косу, спрятала нож для писем не в рукав - там его сразу найдут, - а за узкий шов внутри сапога. Оружие почти бесполезное, зато при необходимости можно перерезать ремень, ткань или собственное чувство безнадёжности. Сгоревшую ленту из Северной башни я переложила в другое место, глубже в подкладку старой формы, и на всякий случай отметила, не сместилась ли ткань над спрятанным дневником. Всё было на месте. Маленький тыл мёртвой дурочки держался.

Когда я вышла в коридор, ученическое крыло уже гудело. Слухи о моём ночном нарушении, разумеется, проснулись раньше меня. Я ещё не дошла до лестницы, как услышала за спиной шёпот: «Вейр поймали у Северной башни», «Говорят, она снова искала ритуал», «Её отправляют к Гравену», «После вчерашней чаши?», «Может, он выбьет из неё эту дурь». Слово «выбьет» прозвучало особенно охотно. В этой академии многие, кажется, верили, что из низких людей можно выбивать всё лишнее: гордость, вопросы, неправильную кровь, память. Нужно только подобрать правильный кулак.

У лестницы меня ждал Тарен Нарв.

Не явно. Он стоял у окна с раскрытой книгой, будто просто читал на ходу, но перевернул страницу вверх ногами, что выдавало его сильнее, чем если бы он размахивал плакатом. Когда я проходила мимо, он тихо сказал, не поднимая глаз:

— Не становитесь в левый сектор двора.

Я не остановилась.

— Почему?

— Там песок рыхлый после вчерашней чистки. Нога уйдёт. Они это знают.

— Кто они?

— Сегодня с вами поставят Валтора.

Имя мне ничего не сказало, но тело Лианы отозвалось напряжением. В памяти всплыл высокий юноша из дома Вальтор, который на испытании крови дал голубую искру и силуэт драконьего хвоста. Синий знак на воротнике. Холодная родовая линия. Не главный мучитель, но из тех, кто всегда рядом, когда нужно доказать верность сильным.

— Он хороший боец?

— Он сильный, - сказал Тарен. - Хорошим его не называли даже по ошибке.

— Прекрасно.

— Вейр.

Я всё-таки замедлила шаг.

— Что?

Он наконец посмотрел на меня. Синяк под глазом у него стал желтовато-лиловым, но взгляд был ясный, злой и усталый.

— Он будет бить по правому боку. Все видели, что вы его бережёте.

Вот это было полезно. Очень.

— Спасибо.

— Я ничего не говорил.

— Конечно.

Я пошла дальше, чувствуя, как предупреждение ложится в тело новым слоем напряжения. Правый бок. Левый сектор. Валтор. Значит, наказание действительно не просто тренировка. Меня хотели поставить туда, где неудобно стоять, против того, кто знает, куда бить, и назвать всё учебным процессом. Очень академично. Очень дисциплинарно. Очень в духе магистра Орна.

Нижний боевой двор встретил влажным холодом и запахом мокрого песка. Небо было низким, серым, снег почти растаял, оставив на каменных стенах тёмные полосы. В отличие от обычной тренировки, сегодня на дворе собралось слишком много зрителей. Формально - кадеты младшего круга, ожидающие своего занятия, несколько старших, дежурные, парочка преподавателей у арки. Неформально - публика. Академия любила зрелища, особенно если можно было потом сказать, что это часть воспитания.