Онлайн книга «Смеющаяся Река»
|
— Ну, она сама многое испортила, одна связь с домовым чего стоит! Но мы готовы ее простить и принять хотя бы рядовым бойцом. А от тебя требуется только проводить нас в колдовской лес: это зона мертвых, и ты в ней свой! Да-да, по большому счету ты мог бы в него проникнуть и без помощи этой лесовицы, если бы знал раньше… — Если бы я знал, что меня убили? Вы шутите? Да я бы первым делом прикончил вас, благо это нежить прекрасно умеет! — Узнаю вашу с Лохлин семейную вспыльчивость! Все бы кого-то прикончить, вместо того, чтобы принять ситуацию и с умом поработать над ней, — покачала головой Зоя. — Так, как я поступила со своей сестрой… В общем, Гленн, теперь имей в виду: Лохлин еще жива, и сколько она проживет — по-прежнему зависит от твоего поведения. Ты же был на все готов ради нее! Вспомни: если бы не ты — как бы она перенесла ту ситуацию с родителями? — Если бы не я, — медленно проговорил Гленн, — той ситуации в принципе бы не возникло… Ладно, мэм, я вас понял, только избавьте от нравоучений. И дайте немного побыть одному: не каждый день узнаешь о себе такие новости… Охотница невозмутимо кивнула и вышла, заперев за собой дверь. Гленн безучастно смотрел ей вслед и впервые за долгое время думал о шотландских холмах и озерах, о безвкусной овсянке, которую стряпала мать, и обожаемом имбирном печенье. Жизнь не проносилась перед глазами, а плыла как в замедленной съемке, которую никогда не удастся пересмотреть, под мелодию любимой в детстве песни The Verve «Счастливчик». И Гленн с больным удовлетворением чувствовал, как по щекам текут настоящие живые слезы. Тьма опустилась на остров неожиданно, и те, кто находился дома, не сразу почуяли неладное. Однако Тарья в этот момент решила набрать речной воды для рукомойника — колодезная показалась ей мутной, и она собиралась сказать об этом брату. Но не успела вернуться с реки: небо вдруг потемнело, шум волн стих, будто у девушки резко заложило уши. Вслепую она споткнулась на скользких камнях, ведро полетело вниз, и сама Тарья чудом удержалась на ногах. А опомнившись, вдруг почувствовала на себе чьи-то сильные руки, пахнущие по́том, железом и чем-то затхлым. — Что же ты впотьмах бродишь одна, красавица? Давай я тебя провожу! — произнес незнакомый мужской голос. — Заодно и познакомимся, как тебя зовут? Тарья стала дергаться и трясти головой, но мужчина не разжимал грубых объятий и лишь сильнее распалялся. Она с омерзением почувствовала, как его горячий липкий язык коснулся ее уха и в свежем прибрежном воздухе разлился гнилостный запах изо рта. — О, девочка, да ты круглоухая! — сально хмыкнул мужчина. — Значит, та самая похищенная? Да еще и немая! Вот это мне удача привалила! Мне не очень-то нравится трахать нелюдиц, потому что они от меня не залетят, а я люблю решать это сам! Тем более ты даже на помощь позвать не можешь. Девушка рванулась сильнее, попыталась ударить его затылком в подбородок, но незнакомец увернулся и откровенно рассмеялся. — Поиграть со мной решила? Невинность изобразить? Да ладно, я же знаю, что ты перед всем нечистым отребьем ноги раздвигала! А нормального мужика-то, поди, у тебя еще и не было, значит, я первый буду? Что же, так даже интереснее! Он прижал Тарью лицом к большому камню, задрал на ней платье и в пылу выпустил одну из ее рук. Пока мужик с пыхтением вжимался в ее тело, Тарья быстро вытащила из-за пазухи свисток на шнурке и со всех сил дунула в него. Его звучание было наделено чарами, причиняющими боль постороннему уху, — Илья когда-то изготовил его для Тарьи по просьбе ее приемного отца, именно на такой случай. |