Книга Смеющаяся Река, страница 184 – Людмила Семенова

— К лучшему, — устало улыбнулся Шихан. — Разве может быть хуже, чем сейчас?

— Молодой ты еще, — философски заметил Илья: сил на панику просто не осталось. Но вскоре гроза начала стихать, и освежающая прохлада коснулась их лиц, покрытых запекшейся кровью — и своей, и чужой.

Шихан поднял голову и изумленно спросил:

— Это и есть Другой Лес, Велхо?

Но Илья и сам потерял дар речи от удивления. Он не узнавал ту заснеженную усыпальницу, где сам много раз приносил кровавые жертвы. Сухая почва без единой травинки или цветка была укрыта хвойными иголками, которые складывались в причудливые узоры. Сосны и ели бросали на нее величественную тень, а среди них прятался алтарь — единственное, что сохранилось в первозданном виде. Источник жизни был на своем месте, хоть и тронут увяданием.

— Что здесь произошло? — не унимался Шихан. Но Илья не ответил и быстро поднялся на ноги, подав соответствующий знак юноше. Среди деревьев мелькнули, а затем показались во весь рост четыре величественные фигуры с женственными очертаниями. Одна была укутана с головы до ног белым сверкающим покровом, вторая — в затейливом наряде, сплетенном из травы и листьев. Две другие были совсем обнажены, но у одной тело было белым и чистым, по нему стекали потоки воды, а светлые влажные волосы укрывали плечи, спину и грудь. А вот последняя, с бурой потрескавшейся кожей и темной спутанной гривой, казалась древнее и суровее остальных. Они бесшумно и величаво шествовали по пустоши и скоро оказались вблизи колдуна и оборотня, но явно их не замечали.

— Скажи хотя бы, кто это?

Илья невольно улыбнулся и ответил:

— Духи-хранители времен года, Шихан. Сейчас они будут решать, кому в ближайшие месяцы властвовать в Другом Лесу — или том, что от него осталось.

— То есть… выходит, сюда вернулась жизнь? — обомлел парень.

— Похоже на то, — кивнул Илья. — Только как это могло произойти? Видимо, мы с тобой что-то пропустили…

Тут тревожная догадка мелькнула в подсознании, но Илья не успел обдумать, тем более что позади них снова запахло кровью и порохом. Затем показались охотники, и впереди шла рослая светловолосая женщина. В чертах ее лица было нечто общее со Снежаной, однако они были гораздо грубее, кожа походила на пергамент, а злобно сжатый рот будто никогда и никого не целовал. В другое время Илья бы удивился, что у нее вообще был муж, но сейчас понимал, что общая одержимость бывает крепче всякой любви, страсти и расчета.

Сзади ее прикрывали трое молодых мужчин в такой же черной форме и с красными лентами на шее. А рядом с Зоей плелся Гленн Макбренти — Илья сразу это понял, хотя в парне почти ничего не осталось от прежней личины Тревора Янга. Он сильно осунулся и исхудал, но все еще был очень похож на сестру, будто они и не родились из разного семени — видимо, кельтской прелестнице Дейдре Макферсон достались сильные гены. Только в отличие от Лохлин, на лице брата виднелась полная отрешенность и пустота.

— Что же ты наделал, мальчишка! — помимо воли проговорил Илья, отводя глаза.

А вот Шихан пристально глядел на молодого кельта, будто на одинокую фигуру в тумане. Единственный глаз келпи сузился и метал яростные молнии, ноздри раздулись, он обнажил клыки, сплевывая окровавленную пену. Илья не успел ничего предпринять — винтовка, которую нес Шихан, полетела в сторону, а он сам за пару огромных прыжков налетел на Гленна и сбил его с ног. Затем одним махом отбросил подальше от охотников, которым, впрочем, было уже не до провожатого — их так ошарашило исчезновение купола, что мужчины без толку топтались в стороне, а Зоя сжимала кулаки и выкрикивала: