Онлайн книга «Зеркала и отражения»
|
— Не поймёт он, – усмехнулся исправник. – Мы с вами, – он ткнул пальцем сперва в Пронина, потом в Сергея Яковлевича, потом в себя, – убийц не нашли, даже одного… — Так свидетели… – попытался снова вставить слово Цецура. Гречёв отмахнулся. — Ты слушай, любезный, слушай, а потом, если найдёшь в моих словах плохое предложение, будешь возражать и своё предлагать. Ты понял? Надзиратель первого участка кивнул. — Так-то, Сергей Яковлевич. А получается, что у нас в городе, в который паломники валят валом, чтобы поклониться нерукотворному образу, они находятся в опасности. И об этом нам говорят трупы девиц, которые мы находим с регулярностью раз в месяц. Так? — Так, – снова кивнул Цецура. Пронин продолжал молчать, словно пребывал в кабинете начальника сторонним наблюдателем. — Так-то оно так, но вы же оба не хотите меня слушать. — Андрей Иванович, – теперь и Иван Фёдорович решил вмешаться, – мы на вашей стороне, и что Сергей… – с таким нажимом выдавил из себя, словно выплюнул, – Яковлевич пока недопонимает, то непременно поймёт. — Хорошо, – кивнул начальник. – Итак, мы должны предоставить петербуржцам преступника… — Преступника? – Цецура больше внимания уделил последнему слову. — Именно так. Наши петербургские друзья считают, что все убийства девиц осуществлены одним человеком, и вот его нам надо им предоставить. — Но каким образом? Мы уже почти год не можем поймать ни одного. Даже личности убитых не смогли выяснить, не то, что злодея обнаружить. — Вот у меня и есть один план. У надзирателей загорелись глаза, и они подались вперёд, чтобы не упустить ни слова из речи Гречёва. Но по мере того, как тот говорил, у Сергея Яковлевича гас задор в глазах, и он понимал, что предложение начальника – авантюра, за которую по голове не погладят, а напротив, её оторвут безо всякого труда. Поэтому продолжал молчать. — Что вы, господа, скажете? – исправник обвёл взглядом присутствующих. – Если не согласны со мною, то предлагайте своё. — Можно, конечно, попробовать… – Пронин ещё больше нахмурился. — «Попробовать»? – возмутился исправник. – Нам, господа, надо действовать, и действовать незамедлительно, пока наши петербургские друзья не сделали подкоп под нашу с вами крепость. 3 «Господин Иванов, село Покровское, Ковжская волость. Высок, фигурой худощав, плечи узкие, носит тонкие усы. С рук не снимает перчаток, возможно, из-за какого-то дефекта, шрама, родимого пятна, но не исключено, что и из-за ожогов, как у Лёвки Перелесского. Ходит с тростью, украшенной головой дикой кошки с драгоценными камнями вместо глаз. Что ещё он говорил? Ах да, лицо, вытянутое из-за впалых щёк. И более ничего». Гурский махнул было рукой на таинственного незнакомца, но потом что-то щёлкнуло в голове. Как же так, он столько лет служит в сыскной полиции, а иной раз мелькают какие-то недостойные мысли. Вот спросит Леонид Алексеевич: «Роман Сергеевич, а проверил ли ты полученные сведения? Или позабыл, что не в почтовом департаменте служишь, а в том, который преступлениями занимается? Или…» Что на это можно возразить? Краснеть, как воспитанница Смольного института, да глаза опускать. Нет, не таков надзиратель первого разряда Гурский. Теперь путь его лежит в село Покровское, какой, бишь, волости? Ах да, Ковжской. Первым делом к становому приставу для уточнения или получения сведений об интересующем лице, если, конечно, оно существует на свете. Хотя должен же существовать господин, пусть не Иванов, так Полуяров какой-нибудь или Смелков. Там уж не важны имя с фамилией, важен сам человек. |