Книга Иллюзия падения, страница 133 – Лия Аструм

— П-ф-ф. – Закончив с готовкой, Брей садится напротив и принимается за завтрак. – Тебе Мадагаскар больше подойдет. Среди обезьян, как среди своих.

— Ты растерял весь юмор. Мне за тебя стыдно.

— А мне стыдно за твою трусость. С хера ты решил покинуть Нью-Йорк? Тут твое место. Ты всегда об этом говорил.

Еще секунду назад аппетитный сэндвич теперь кажется пресным. Откладываю его в сторону и честно признаюсь:

— Вся моя жизнь повязана на корпорации Миллера. Как только Алекс узнает про ВИЧ, он, если и не перекроет мне кислород, то точно уволит.

Хотя после вчерашней выходки все-таки перекроет.

— И?

— В смысле “и”? – раздражаюсь, что друг не понимает очевидного. – С Миллером не стоит ссориться. С каждым годом он становится все влиятельнее, а после благотворительной кампании протезов в Африке он и вовсе стал любимчиком народа. Осталось только икону с его лицом у входа в церковь повесить и молиться, – устало заканчиваю я, только сейчас осознав полный масштаб своего провала. – Одно его слово, и я вылечу не просто из пиар-сферы, а из страны.

— ВИЧ не мешает строить карьеру, если придерживаться плана лечения, – осторожно подмечает Брейден.

— Ты не знаешь Алекса. Он параноик. Да и дело не только в работе, я не смогу общаться с Вив.

И с Сиеной. Малышка быстро меня забудет, а я вот уже привязался.

— Эван, послушай меня. Я примерно представляю, что ты сейчас испытываешь. Тебе кажется, что ты заразный, что люди, узнав о болезни, откажутся от дружбы с тобой и банального общения. Будут избегать, бояться. И тебе проще исчезнуть самому, чем страдать из-за их реакции.

Брей так метко бьет в цель, что у меня пальцы на ногах поджимаются.

— Но дело в том, что настоящие друзья останутся рядом, несмотря ни на что. И их намного больше, чем ты предполагаешь. Думаешь, того же Харрисона испугает чертов ВИЧ? Бред. А у Вивиан свои мозги есть, или Алекс охотно делится своими? Предполагаю, что все-таки есть, но если нет, то к черту ее! У тебя все равно на рыжий аллергия.

Испытываю подозрительный приступ то ли радости, то ли благодарности.

— Что касается корпорации, приди и скажи Миллеру правду. Уволит? Окей. Сам же и пожалеет. Я знаю, сейчас ты скажешь, что незаменимых нет, – Монтгомери машет рукой, не давая себя перебить. – А ты вот, сука, незаменим. Уникальный экземпляр, на который сразу же накинутся конкуренты. Не тупи, друг. ВИЧ – не приговор. Ты никогда не опускал руки. Даже в школе, когда приперло и справедливо было бы превратиться в раскумаренное эмо с уродской челкой, ты к психотерапевту пошел! Упорно работал над собой. Я бы так не смог. Я бы дрочил и плакал. Так какого хрена ты даешь заднюю сейчас? Уеду к обезьянам, Миллер то, Миллер се, – состроив противную гримасу, Брейден бездарно изображает меня. – Да он без тебя хоть неделю проживет? Его с рыжулей уже давно смешала бы с дерьмом желтая пресса, инцестники хреновы. Про взрывы год назад вообще молчу. Ты там лентой Мебиуса11^[11] извернулся, чтобы закрыть вопрос. А рекламная кампания в Африке – ты забыл, кто ее устроил и провел? Не ты ли? Миллер на час прилетел фейсом сверкнуть!

— Разруливать экстренные ситуации, угрожающие репутации корпорации, – моя прямая обязанность. Алекс платит мне за это бешеные бабки.

— Но это не отменяет уважения! – свирепо отстаивает свою позицию Монтгомери. – Эван, ты не въезжаешь! Чтобы тебя нанимали такие люди, как Миллер, нужно обладать определенными качествами, связями и целями. Он в тебе таланты не открывал, ты ему ничем не обязан и в любой момент можешь смело помахать ему ручкой.