Книга Горизонт свободы, страница 153 – Лия Аструм

— Ты даже не представляешь, насколько охренительно сейчас выглядишь, – задушено признался Уайт.

Я облизалась, чувствуя вязко-горьковатый вкус, и покосилась на его всё ещё стоящий член.

— Кажется, представляю.

— Продолжим дома, – Уайт сверкнул плотоядным оскалом и, вздёрнув меня на ноги, запихнул под мощную струю воды.

После долгих жарких поцелуев и трёх шутливых ударов полотенцем по моей заднице, мы, наконец-то, закончили с чистоплюйской процедурой. Оделись и вышли на улицу. Уайт заправил мне за воротник мокрые волосы и, нацепив на меня свою шапку, потому что она, видите ли, теплее, ушёл за тачкой, обозначив, что подъедет к парадному входу через две минуты.

Я неторопливо спустилась по ступенькам, любуясь падающими хлопьями снега. Они парили в воздухе, кружились в танце и густой шапкой оседали на землю. Глупо поймав губами несколько снежинок, я надела варежки и, наклонившись, скатала небольшой снежок. Дождалась, пока подъедет машина, и радостно зарядила им в Максвелла, не успевшего толком вылезти из салона.

— Эй! – возмутился он и, отряхнув куртку от снега, поднял на меня взгляд. Радостный, слишком нежный. Придерживая одной рукой дверцу авто, он с интересом наблюдал, как я леплю новый снаряд, а затем, к моему огромному неудовольствию, ловко увернулся. – Не боишься, что я тоже захочу пострелять?

— Нет. – Я скатала ещё один комок и, испытывая необъяснимый приступ счастья, поинтересовалась: – Как дела у Мейсона?

Чемпион мгновенно напрягся. Но это не растворило волшебство момента. Мой мужчина просто не догадывался, каким будет продолжение.

— К чему вопрос?

— Он давно не был в Чикаго, – я невинно пожала плечами, словно Лотнер являлся обыденным предметом нашего обсуждения.

Максвелл сощурился.

— Поясни.

Я знала, что они поддерживают общение, но чемпион никогда и ничего мне об этом не рассказывал, не хотел лишний раз напоминать. Но, возможно, пришло время совершить невозможное?

— Я не прощаю его, – проговорила я, глядя в тёмные настороженные глаза. – И не уверена, что смогу это сделать. Но я могу попробовать. Ради тебя.

Уайт не верил в то, что слышал.

— Сегодня был какой-то особенный оргазм?

Я громко рассмеялась. И, швырнув в него снежок, попыталась убежать. Но чемпион поймал меня и, подхватив на руки, ласково коснулся губами виска.

— Спасибо.

Я повернулась. Уткнулась губами в колючую щеку, вдыхая запах дымчато-морозной терпкости. Поцеловала, ощущая бешеный прилив любви к мужчине, с которым проживу каждый свой вздох. И, подняв взгляд на сине-фиолетовое полотно с красочно рассыпанными по нему звёздами, широко улыбнулась:

«Я научилась, Эйден. Я научилась смотреть на небо без тебя».

– Я хочу прожить с тобой все свои жизни, Эйден.

– Я буду искать тебя в каждой.

Где-то в параллельной вселенной.

Франция. Париж.

Сжав пальцами холодные перила, я подалась вперёд. По серо-зелёным водам Сены с тусклым отражением голубого неба прыгали блики. Они суматошно скакали по мелким волнам и убегали далеко вперёд до самой Эйфелевой башни, виднеющейся на горизонте. Символ Парижа, уходящий стальной конструкцией высоко вверх, даже сегодня, в мой самый неудачный день, восхищал своей величественностью.

Я забралась пальцами под шапку. Температура не добралась и до десяти градусов, но солнце припекало так, что хотелось раздеться до футболки. Большинство прохожих, спешащих по своим делам, были без головных уборов, но я не торопилась снимать свой, потому что даже в жару у меня могли замёрзнуть уши, а следом разболеться голова.