Книга Красивый. Родной. (не)Мой, страница 2 – Галина Милоградская

— Даже если так, я вернусь к тебе, — прошептал Максим на ухо и нежно, коротко поцеловал.

Всю следующую неделю мы не отлипали друг от друга, и, когда пришло время расставаться, я рыдала, как сумасшедшая.

— Я буду звонить, — пообещал он, поглаживая мокрые щёки костяшками пальцев. — Каждый раз, когда будет возможность. А ты… ты дождись, хорошо?

Так я и жду его почти пять лет. Нашему сыну недавно исполнилось три года, и мне иногда даже страшно от того, насколько счастлива. Оказалось, когда любишь, ждать совсем не сложно. Наоборот — время сжимается и растягивается между звонками и видео, а потом наступает долгожданная встреча. Впереди у нас целый месяц, а это уже много. Надо договориться на работе, использовать накопленные отгулы.

У нас тут через одну жёны моряков, так что обычно ноль процентов осуждения и сто — понимания. В поликлинике, где я работаю врачом в УЗИ-кабинете, не бывает особого ажиотажа. Всё расписано, смены поделены. Отвожу Илюшку в садик по дороге на работу, здороваюсь с девочками в регистратуре, забираю у старшей медсестры своё расписание. Новый день, новые пациенты, парочка старых знакомых. Старых и по возрасту, и по длительности нашего знакомства.

— Алиночка, девочка моя, посмотри, что-то опять желчный расшалился. Или это печень? Не пойму.

Мария Егоровна — милейшей души бабулечка, но выносит мозг так, что к концу приёма улыбка намертво приклеена к губам. Приходит проверяться на каждый чих, буквально на каждый. Поликлиника у нас новая, хорошо оснащённая — просто рай для тех, кто любит не лечиться, а искать у себя болячки.

— Вам бы в санаторий съездить, Мария Егоровна. Может, куда-нибудь в прохладу.

— Ох, и не говори. Завтра спрошу у Васильны, как бы место выбить.

Мысленно прошу прощения у участкового терапевта. Впрочем, ей всё равно придётся выслушивать жалобы Марии Егоровны, а выдержки ей не занимать — сорок лет стажа, тут кожа как у носорога. Ещё двое пациентов и, наконец, перерыв. Работа несложная, но кто и когда отказывается выпить чашечку чая в тишине? Я не исключение. Завариваю большую кружку, достаю из маленького холодильника бутерброды, предвкушая обед, когда звонит телефон. Кошусь на экран и мысленно морщусь: Ритка.

Есть такие подруги, с которыми как на вулкане: то ругаешься, то миришься, то снова радуешься, что перестал общаться. Это Риткин случай. Мы с первого класса дружим, но иногда я устаю настолько, что просто взрываюсь. Я, конечно, тоже не ангел, так что количество побед и поражений у нас равное. Обычно она звонит и трещит час, не меньше, в основном о себе. А потом впроброс спрашивает, как у меня дела, и прощается. Я не готова сейчас быть жилеткой и психологом в одном лице, но Ритка настойчиво наяривает, как будто случился пожар. Может, так и есть, поэтому со вздохом принимаю вызов.

— Привет, подруга! — нет, голос жизнерадостный. Откусываю бутерброд, отвечаю неразборчиво:

— Привет. У меня обед. Что-то срочное?

— Как тебе сказать… Может, и срочное.

— Не тяни, — прошу и смотрю на часы — перерыв не резиновый.

— Ладно, не буду тянуть кота за яйца. Ты Макса когда ждёшь?

— Чрез неделю, а что? На рыбалку решила позвать?

У Ритки муж — профессиональный рыбак. На своём маленьком катере весь Крым исколесил. Как свободная от работы минутка выдаётся, так он снасти в руки и был таков. Хотя я бы с Риткой жить точно не смогла, так что отлично его понимаю. Они с Максимом часто рыбачат, но договариваются почему-то через нас.