Книга Рабский ошейник, страница 21 – Юлия Буланова

— Может быть, иногда пользоваться визором, — отвечает она тихо. — Конечно, когда он не может нужен тебе. Больше ничего. А что взамен тебе нужно от меня. Ну, за визор.

Я к этому разговору готовился и выдал глубокомысленное:

— Чтобы ты не вредила себе или другим. Чтобы соблюдала гласные и негласные правила жизни в обществе.

— Ракшасов или иналли? — уточнила девушка, нахмурившись. — Просто, я не знаю всех негласных правил общества иналли. А если ракшасов, то каких именно планет системы Ракш?

— А есть разница? — прозвучало жалко.

Девушка посмотрела на меня так, будто я издеваюсь. Но я, правда, не знал, что не так было в моём условии. Видимо, она поняла это и решила пояснить:

— Законы во всей системе одни. Но традиции — разные. Слишком много условностей. Как ходить, говорить, носить одежду и украшения. Я же аэли. Вторая. Женщина в рабском ошейнике не может быть первой. То есть мне нужно выбирать платья, которые будут подчёркивать фигуру, чтобы быть привлекательной. Чтобы ты меня хотел. Литорские ристары берут аэли ради того, чтобы иметь детей. Ну, чтобы заниматься с ними сексом всегда, когда хочется. С энэри же так нельзя. А у аэли такого права не может быть. Поэтому аэли должны носить короткие тонкие полупрозрачные туники. Нельзя, чтобы грудь была прикрыта. Или ноги. Даже, если холодно. Так принято. Неприлично, если аэли одета нормально. Потому что незнакомый человек, видя такую одежду может решить, что она — энэри или свободна. Одежда должна отражать статус. Конечно, есть ряд исключений. Особо торжественные мероприятия. Например, прощание с умершими, где неприлично привлекать к себе излишнее внимание. Ещё беременность на поздних сроках. Считается, что в этот период женщина должна думать лишь о собственном здоровье и состоянии ребёнка, а не о собственной привлекательности. Но на самом деле причина в другом. Женщина перед родами становится невероятно уродливой. Большой живот, отёки на ногах. Мужчинам противно на такое смотреть. Это же всем известно. Ещё я не знаю, прилично ли нам будет есть в общей столовой вместе или я должна питаться в каюте. На большинстве планет совместный приём пище в общественном месте допускается. Но на Литоре аэли есть может только в своей комнате. Неприемлемо, даже, сесть за один стол с энэри за пределами спальни.

— Стоп! — у меня голова пошла кругом от такого вороха совершенно бредовой информации. Что значит: нельзя тепло одеваться? Что значит: имеет право есть в своей комнате? Может быть Р[A1] анни, которая оказалась оторвана от дома в довольно юном возрасте что-то не так поняла или плохо запомнила? — Может быть остановимся на общих правилах приличия? Не закидывать ноги на стол. Не грубить окружающим. Не нужно соблюдать абсолютно все условности.

— Но как понять какие условности соблюдать нужно, а какие — нет? Я же могу посчитать что-то несущественным, а это окажется очень важным.

Шшат! Да, вопрос логичный и правильный. Ранвейг хочет следовать правилам, чтобы ощущать себя в безопасности. Но как ей объяснить, что до сегодняшнего дня я понятия не думал о различиях в правилах поведения на разных планетах?

— Я жил на Рионе. Это мой второй дом. Веди себя так, как добропорядочная ракшаси вела бы себя там. Это достаточно полный ответ?