Книга Золотые погоны, ржавые дюзы, страница 61 – Lost In Space

Я сидел на полу в полуметре от него, дрожа всем телом. В ушах звенело, ключица горела огнем.

Я только что убил представителя высшей расы в рукопашном бою. С помощью куска ржавой трубы.

Я медленно подполз к телу и посмотрел на его лицо. Смерть стерла с него надменность, оставив лишь пугающее сходство с человеком. Кто мы такие в этой галактике? Чей генетический мусор или чье великое наследие мы делим?

— Макс! — голос Воронова в коммуникаторе вырвал меня из оцепенения. Связь восстановилась. — Ты как там? Я прожег панель управления, переборка поднялась! Я иду к тебе!

— Я… я жив, капитан, — хрипло ответил я, с трудом поднимаясь на ноги и подбирая свой карабин. Я не сводил глаз с мертвого ксаарианца. — Вы не поверите, что я сейчас видел.

— Расскажешь по дороге. Ребята уже на подходе. До Центрального Ядра рукой подать.

Я перешагнул через идеальное тело павшего врага. Тайны генетики подождут. Сейчас нам нужно было спасти свои шкуры и забрать артефакт. Ярость ксаарианцев теперь станет личной, но и мы больше не собирались убегать. Мы докажем, что даже "несовершенные" люди могут вырвать победу у самих богов.

Командор Великого Ксаара Эл-Тарис, потомок древних и благородных кровей, чье генетическое древо не знало изъянов на протяжении четырех тысячелетий, стоял посреди искореженного, пропахшего гарью и чем-то невыносимо мерзким коридора объекта Предтеч.

Его идеальная, созданная для триумфов и созерцания прекрасного жизнь только что дала катастрофическую, непоправимую трещину.

Он окинул взглядом то, что осталось от его элитного подразделения. Гордость флота, тяжелая штурмовая пехота «Серебряный Клинок», бойцы, которые в одиночку могли захватывать орбитальные станции менее развитых рас, сейчас представляли собой жалкое, унизительное зрелище.

Из двенадцати безупречных воинов, высадившихся на станцию, на ногах стояли лишь шестеро. И даже они выглядели так, словно прошли через мясорубку, а не через тактическую операцию.

Двое погибли мгновенно, раздавленные примитивным падением гигантского осветительного прибора — ловушкой, настолько глупой и физически грубой, что ни один тактический компьютер не смог ее предсказать. Один лежал со сломанным коленным суставом, ослепленный брошенным в визор кристаллическим песком, и тихо стонал, ожидая эвакуации, которой не будет. Трое бойцов из тылового дозора только что присоединились к основной группе. Они еле волочили ноги, их броня была покрыта буро-зеленой слизью, а сами они периодически сгибались пополам, содрогаясь от приступов рвоты. Запах, который они принесли с собой, заставил Эл-Тариса поспешно активировать локальный фильтр, но даже он не справлялся с хтоническим ароматом земного рагу, помноженного на ригельские токсины. И, наконец, только что пропал сигнал еще одного штурмовика. Телеметрия показала, что он был убит в рукопашной схватке. Пронзен насквозь. Кинетическим оружием ближнего боя.

И все это сделали они. Земляне. Низшая раса. Приматы, чьи корабли смердят машинным маслом, а технологии отстают от ксаарианских на тысячелетия.

Эл-Тарис медленно поднял руку в черной, покрытой золотыми прожилками броне, и дотронулся до своего виска. В его голове все еще эхом отдавался мерзкий, издевательский писк грызуна-мутанта и ритмичный перестук деревянных ложек. Эта варварская музыка, эти унизительные вирши, вкачанные прямо в их квантовую сеть связи… Они надругались над самой концепцией войны. Они превратили священный акт охоты в грязный, дешевый фарс.