Книга Тьма у трона, страница 188 – Элиот Лилит

— Моя жизнь при русском дворе зависит от того, не скажу ли я что-то лишнее.

Он позволил ей забрать шпагу, и, убедившись, что из окон дворца их не видно, а больше на садовых дорожках никого нет, она закусила губу. Клинок окутало мягкое свечение. Серебристые отблески заплясали в их глазах, черных и голубых, и тревожная духота вечера вдруг зазвучала другой, сладкой сказочной нотой.

— Великий князь Константин однажды предложил показать мне, как это делается, – пробормотала она, не отрывая взгляда от сияющего острия. – Уж не знаю зачем. Наверное, думал, что я струшу, и хотел посмеяться.

— У вас получается почти так же хорошо, как у Александра.

— Да. Только мне это, конечно, ни к чему. – Она вздохнула, и огонь погас, унеся с собой застывший миг маленького волшебства. – Никто еще не требовал, чтобы я дала ему потухнуть. Ее величество считает это пустым суеверием да до сих пор поминает покойной императрице, как та давила на нее, пока она не отреклась от своего пламени. Но когда она поймет, что мы с Александром… Что у нас не получается… – она покраснела и с трудом выговорила: – Что у нас нет детей, придет и мой черед. Да и фехтовать я не умею, девочек такому не учат.

— А вы что же, хотели бы?

— Да, – она вскинула голову так резко, что прядь пепельных волос вырвалась из-под заколки и упала на щеку витой спиралью. – Да, хотела бы.

— Что ж. – Секунду назад казалось, эти черные глаза не могут отражать ничего, кроме беспробудной ночи. Но искры небесного огня давно погасли, а на их дне все еще горело что-то, яркое и горячее. И как не вязалась с этим взглядом сдержанная, слабо очерченная, словно едва набухший бутон, улыбка. – Если вы умеете хранить секреты так же хорошо, как я, я мог бы дать вам несколько уроков.

И снова очертания расплылись и почернели, и снова стало жарко и нечем дышать, а горло забил раскаленный песок. Кто-то поднес к его пересохшим губам стакан. Алексей жадно подался вперед, стукаясь зубами о стеклянные грани. Никогда в жизни он не пробовал ничего вкуснее этой прохладной чистой воды. Стакан исчез, по лбу прошлась влажная тряпица. Алексей с трудом разлепил правое веко, посмотрел на человека у своей кровати и понял, что все еще во власти лихорадочного бреда, так что позволил сознанию утечь снова.

Но когда он открыл глаза в следующий раз, зашедшись в приступе сухого кашля, ничего не переменилось, только небо за окном из черного стало серым. У его постели сидел Андрей – дремал, свесив голову на грудь, но, заслышав кашель, встрепенулся. Беспокойно подался вперед.

— Ты что тут… – Алексей снова задохнулся и на этот раз кашлял так долго, что перед глазами поплыли красные и синие круги.

Андрей снова приставил к его губам стакан, и несколько минут Алексей только пил и шмыгал носом. Наконец, собрался с силами и выдавил:

— Тебе нельзя тут быть. Если его величество узнает…

— Плевать, – буркнул Андрей. – Я тебя таким не оставлю.

Алексей попытался возразить, но комната уже снова плыла. Из теней по углам потянули когти черные монстры, ноздри забил запах речной воды. Алексей еще цеплялся за ускользающую реальность, хотел то ли наорать на Андрея и велеть ему убираться к черту, то ли прижать к себе, как в детстве, когда успокаивал брата после какого-нибудь кошмара. Но не устоял перед новой волной черной воды, кишащей раздутыми белыми телами.