Книга Оружейник, страница 136 – Александр Гулевич

— Ты кто такой?! – изумлённо взирая на Ивана, рявкнул один из них, с лычками сержанта на погонах, хватаясь за ремень винтовки, висевшей на плече стволом вниз.

Иван, добродушно улыбаясь, не стал хвататься за свой карабин, и сделав пару шагов навстречу патрульному наряду, стремительно выхватил нож из ножен, прикреплённых к левому рукаву куртки, и ударил хорошо отточенным лезвием сержанта по горлу. А потом, крутанувшись на каблуках, выдернул из рук рядового винтарь, после чего с замахом приложил того прикладом по голове. Он резко огляделся по сторонам и, никого не заметив, хотел было затащить поверженных патрульных куда-нибудь в укромное место, но в этот момент грохнул выстрел, и Иван увидел, как ещё один патрульный, вышедший из-за угла, передёргивает затвор длинной винтовки. Ругнувшись сквозь зубы, Иван рванул в сторону топливных резервуаров, в глубине души надеясь, что третий патрульный не рискнёт стрелять в их направлении, но ошибся, он продолжил вести огонь.

Пригнувшись ещё ниже, Иван, петляя словно заяц, ускорил свой бег, краем глаза заметив, как пуля угодила прямо в замок присоединённого к топливной железнодорожной цистерне шланга, он тут же отвалился, и топливо мощным напором стало заливать всё вокруг. Недолго думая, он прямо на бегу сорвал с груди прикреплённую сигнальную ракету и, наведя её на разливающуюся лужу, дёрнул верёвку. Со свистом вылетел огненный шарик и устремился ровно туда, куда Иван и хотел. Выбросив опустошённый картонный тубус, он ускорил бег, и тут же за его спиной сильно полыхнуло, и раздались испуганные вопли рабочих.

Иван бежал что есть сил, стараясь окружным путём как можно скорее добраться до тоннеля и скрыться в нём, но не добежав до тоннеля, он увидел, как к нему подъехал грузовик, и из него стали выпрыгивать хорошо вооружённые охранники. Чертыхнувшись, Иван огляделся по сторонам, и сердце его сжалось от испуга: там, откуда он убегал, запылали не только топливные резервуары, но и снарядные ящики. Судя по тому, как они пылали, до детонации боеприпасов оставались буквально считаные минуты. Паника на территории порта стремительно разрасталась, кто-то куда-то бежал, кто-то пытался остановить беспорядок, отдавая какие-то команды, хотя видно было, что получается это крайне плохо. Взирая на всё это, Иван понял, что если не вырвется из этой западни, то здесь и останется навсегда…

Присмотревшись внимательно, он увидел в двух сотнях метров фуресианского офицера, нервно пытающегося завести двигатель открытого джипа, но это у него всё никак не получалось. Рванув туда, Иван подскочил к незадачливому офицеру и, замахнувшись, ударил того по затылку рукояткой револьвера, и когда тот свалился в беспамятстве, оттащил его за пристройку складского здания и быстро раздел. Переодевшись в офицерскую униформу, Иван, подумав, за несколько мгновений с горем пополам облачил фуресианца в свою одежду и поспешил к автомобилю. Повозившись немного, он всё же завёл машину и поехал в противоположную сторону от всё усиливающегося пожара на артиллерийских складах, а полыхало там уже конкретно, дым поднимался высоко в небеса, и вот-вот должна была начаться детонация снарядов.

Минут через десять, когда он доехал до намеченного места и остановил машину возле скалы, начали рваться первые снаряды. Спрыгнув с сидения, Иван схватил свой рюкзак с винтовкой и, найдя взглядом наиболее пологий участок скалы, стал по нему взбираться на самый верх. Он хотел как можно скорее перевалить за скалу и уйти в горы, иного пути для своего спасения он для себя не видел вообще. С немалым трудом взобравшись на гребень, Иван огляделся и крякнул: пока он поднимался на скалу, огонь охватил уже как минимум четверть навесов, под которыми хранились артиллерийские снаряды, а уж там, где находились топливные резервуары, полыхало со страшной силой, да так сильно, что буквально стояла натуральная стена огня, пылающего до самых небес. Невзирая на предпринятые меры по тушению масштабного возгорания, у фуресианцев ничего не получилось и они объявили полную эвакуацию личного состава и персонала порта. К пирсу стекались сотни людей, стремящихся как можно скорее погрузиться на борт пришвартованного к пирсу сухогруза и уйти в открытый океан как можно дальше от разворачивающейся на их глазах катастрофы.