Онлайн книга «Два лица смерти»
|
— Не так сильно, как я хотел. — Все равно спасибо. — Помолчав, она добавила: — Я скучала по тебе, Адам. Больше не покидай меня, ладно? — Хорошо, — выдавил я, потому что не ожидал от нее подобных слов. Казалось, уже целую вечность она не признавалась в том, что я ей нужен… «Так, сейчас не время для сантиментов. Важнее закончить подготовку алиби». — Послушай, Ава, тебе еще вот что предстоит сделать… Я кратко изложил ей свой план. Сестра внимательно выслушала меня и признала, что в целом все выглядит логично и может сработать. Мы вытащили мотоцикл на дорогу, и я на прощанье ей напомнил: — Носи длинную одежду до тех пор, пока не пройдут ожоги, синяки и ссадины. Не упоминай обо мне без особой необходимости. Родителей и просить не надо, они и так не скажут. Главное, чтобы мать с отцом сыграли отведенную им роль и не сфальшивили. Из-за перевозбуждения, вызванного предложением руки и сердца, ты никак не могла заснуть, поэтому рано утром решила прокатиться на любимом мотоцикле, но, так как давно не ездила, попала в небольшую аварию. Все запомнила? Сестра послушно повторила за мной легенду, завела мотор и с ревом унеслась домой. А мне еще предстояло обдумать дальнейший план действий. * * * Ава уехала рассказывать родителям «правильную версию» произошедшего, а я остался возле дуба. Мне было необходимо побыть в одиночестве и сосредоточиться на мыслях о договоре и последствиях его разрыва. Когда Зверь упомянул, что я ему должен еще четыре жертвы, у меня мелькнула мысль: «Как удачно, что живых дружков-насильников осталось ровно столько, сколько мне нужно для выполнения условий договора», — но потом отвлекся на возможность разрыва сделки и угрозу беседы с Авой. И вот сейчас я снова вернулся к обдумыванию сего счастливого стечения обстоятельств и, как заметил дух, «благородному оправданию своих поступков». Чем обусловлена минимальная схема убийств «1+5», я не смог понять из бардака воспоминаний. Однако в каждой жизни так выходило, что первая жертва была непреднамеренной, а оставшиеся пять и более — осознанными. Свою случайную жертву я принес еще в детстве. Дон — второй в списке. Единственным прирожденным преступником был тот, кто заключил сделку. Иронично, что его тоже звали Адам. Точнее, при рождении его нарекли Томасом (еще одно возможное совпадение), но, когда он стал жить среди индейцев, взял себе имя первого человека на Земле. Хотя следовало назваться Каином. Я всегда считал его чистым злом, безжалостным убийцей и удивлялся, что подобное ему исчадие ада способно на такую сильную любовь и верность. Я никак не мог сосредоточиться и разобраться в коктейле из воспоминаний, ощущений и чувств. Они были моими и в то же время чуждыми мне. Я то ассоциировал себя со всеми воплощениями, то дистанцировался от них, пытаясь выделить себя в отдельную личность. Я не хотел погружаться слишком глубоко в омуты памяти, но должен был «пройти по лезвию бритвы», чтобы в этот раз все сделать правильно. Я был обязан разорвать договор даже ценой отказа от вечной жизни и потери своей души — она и так уже навеки проклята. Хаос усугублялся тем, что базовой моделью, незыблемым постулатом всех воплощений до текущего служила убежденность в превосходстве мужчины над женщиной. В лучшем случае прекрасной половине отводилась роль безмолвного украшения, иногда — верной помощницы, но никогда — самостоятельной личности. Добродетельность мужей являлась аксиомой, поэтому мы (буду звать так все свои перерождения) в выборе жертв руководствовались принципом «все женщины — источник греха, начиная с Евы». За редким исключением все убитые либо были проститутками (ибо нет профессии древнее этой, кроме политиков), либо выступали за права женщин, что считалось еще бόльшим прегрешением. В обоих случаях истребление нечестивых дев мы, подобно инквизиторам, рассматривали как великое благо для них и спасение их душ от пламени ада. |