Книга Башня ветров, страница 114 – Ирина Грин

Соседи принесли пирог с аппетитной золотистой корочкой.

– Катя сама испекла, – похвасталась Елена Павловна, а та потупилась, шумно втянув носом воздух.

За ужином отец с братом быстро захмелели, и Лешка стал подтрунивать над младшим братом:

– А что, Сереня, вы там, в училище, так везде и ходите строем: и учиться, и в баню, и в сортир?

– В сортир по одному, – спокойно ответил Сергей.

– А к девушкам? – не унимался Лешка.

– А у вас, Сережа, есть девушка? – спросила Катя и снова шумно вдохнула. Очевидно, таким образом она демонстрировала смущение.

Сергей почувствовал, как под столом мать, сидевшая рядом, наступила ему на ногу, и все сразу стало на место: это же смотрины. Мать с отцом решили женить его на соседской дочке. А что? Очень даже дальновидно. Соседка – вдова, можно будет объединить два участка. Сергей с Катей уедут в город, Елену Павловну можно и со своего огорода прокормить, а урожай с соседского продавать. Если бы не встреча с Олей, он, может быть, согласился бы – пирог был очень вкусный, да и Катя вполне симпатичная девчонка. Но у Сергея была Оля, которую он не променял бы на сто Кать с пирогами и подсолнухами на сарафане.

– Есть девушка, – сказал он, и Катя, в очередной раз втянув воздух, сгорбилась. Казалось даже, грудь ее стала менее пышной, а цветы на сарафане увяли.

Все последующие дни мать пыталась вызвать младшего сына на разговор о его невесте, но Сергей упорно молчал. Впрочем, времени было не так уж и много. Как сказал поэт Некрасов, «в полном разгаре страда деревенская». Не до разговоров.

В Севастополь Сергей прибыл пятнадцатого августа и попал, что говорится, с корабля на бал.

Утром шестнадцатого они с Воронцовым уже стояли на Минной стенке^[12]в ожидании баркаса, который должен был доставить их на «Геройский», стоявший на бочках возле госпиталя.

– Хочешь поржать? – Воронцов ткнул друга локтем в бок, указывая на пришвартованное неподалеку судно. – Смотри, штурм крысоотбойников.

– Штурм чего? – не понял Новиков.

– Судовых противокрысиных щитов. Круглая хреновина такая, как гарда у шпаги, чтоб крысы по швартовым с берега на корабль не забрались. Смотри! Видишь, бежит!

По швартовому канату действительно, ловко перебирая лапами, неслась здоровая серая крыса. Добежав до «крысоотбоойника», она ударилась о него мордой и свалилась в воду.

– И что теперь? – спросил Сергей.

– Попытка номер два, – рассмеялся Воронцов.

По швартовому канату действительно семенило еще одно животное, то ли то же, то ли уже другое. Его ожидала та же участь – ударившись мордой в крысоотбойник, оно спикировало в море.

– Здорово! – сказал Новиков. – Значит, на судне крыс не будет.

– Ага, как же! Они, когда напрыгаются, начинают мозги включать. Прячутся за мусорным ящиком и наблюдают за офицером вахты юта в ожидании удобного момента. Только тот отвернется, они с визгом бросаются в лобовой штурм.

– Может, это и к лучшему, – усмехнулся Новиков. – Считается, что крысы бегут с тонущего корабля. А если наоборот, значит, точно не утонет.

– В обозримом будущем точно, – подтвердил Воронцов. – Кстати, я слышал, что крысы обижаются, если корабль, с которого они сбежали, не утонул.

На «Геройском» им выделили каюту, где, кроме них, уже обитали двое курсантов из ВВМУ имени Фрунзе – Виктор и Максим. Оба они, как и Новиков, попали на флот из деревни, а потому между ними сразу завязались дружеские отношения.