Книга Руками не трогать, или как я стала богиней домашнего очага!, страница 113 – Марина Андреева

Дверь в личные покои Верховного Мага была не из дерева. Она была из матового, тёмного металла, в который были вплавлены сложные рунические узоры. Они тихо светились изнутри, переливаясь, как жилы в мраморе. Страж приложил к ней ладонь, руны вспыхнули ярче на секунду, и дверь бесшумно отъехала в сторону.

Я переступила порог. И замерла.

Это было не помещение. Это была идея помещения, высеченная из единого куска совершенства. Высокие потолки, безупречные пропорции. Стены — гладкий, молочно-белый мрамор с едва уловимыми прожилками серого. Пол — тёмное полированное дерево, столь гладкое, что отражало слабый свет, падающий с потолка от невидимых источников. Мебель — несколько предметов, выточенных, казалось, из цельных кусков эбенового дерева, обтянутых тканью цвета пепла. Никаких украшений. Ни картин, ни статуэток, ни ковров. Ни единой пылинки.

Воздух был неподвижен. Идеально отфильтрован, лишён запаха. Только лёгкий, едва уловимый фон — гул магических барьеров, настолько низкий, что ощущался не ушами, а костями. Тишина была абсолютной, гулкой, давящей.

Я сделала шаг внутрь. Мои ботинки, специально начищенные до блеска, глухо стукнули по дереву. Звук был неприлично громким, чуждым в этой стерильной тишине. Я замерла, чувствуя, как по спине пробежали мурашки. Это не дом. Это саркофаг.

Я заставила себя дышать. Медленно. Обвела взглядом пространство. Оно было безупречным. И абсолютно мёртвым. Ничто не говорило о том, что здесь живёт человек. Ни следов присутствия, ни намёка на привычки, ни отголоска личности.

Потом я заметила детали. Едва уловимые. На одном из диванов, самом дальнем, едва заметная вмятина на валике — будто кто-то часто сидел, откинувшись именно здесь. На подлокотнике кресла у холодного, пустого камина — участок дерева, чуть более отполированный, более тёплый на взгляд. Здесь он клал руку.

Я подошла к камину. Он был огромным, высеченным из чёрного камня. Внутри не было ни золы, ни потухших поленьев. Горел ровный, безжизненный магический огонь — синий, холодный, не дающий тепла. Только свет.

Я обошла всю комнату. Огромное окно от пола до потолка выходило на город, но стекло было слегка матовым, рассеивающим вид, превращающим живые огни Лунной Гавани в абстрактное мерцание. Никаких книг на полках. Никаких личных вещей на столе.

Моё сердце, которое бешено колотилось при входе, теперь замирало от другой причины. Не от страха. От жалости. И от ужасающей сложности задачи.

Они просили «гармонизации». Но как гармонизировать то, что уже являлось математическим идеалом порядка? Как вдохнуть душу в пространство, которое было намеренно лишено малейшей души? Как создать уют в месте, где само понятие «уют» казалось кощунством?

Я стояла посреди этой холодной, прекрасной пустоты и понимала. Это было не испытание мастерства. Это была проверка на смелость. Осмелюсь ли я привнести сюда жизнь? Или испугаюсь и предложу лишь ещё один слой безупречного, мёртвого шика?

Я подошла к окну, положила ладонь на холодное, матовое стекло. За ним клубился туман, скрывая город. Что ему нужно? Не Верховному Магу. Человеку, который здесь живёт. Что нужно тому, у кого есть всё, кроме, возможно, одного — возможности перестать быть Верховным Магом хотя бы на несколько часов.