Книга Брошенная жена Черного дракона. Хозяйка Пепельной долины, страница 98 – Ангелина Сантос

Спрашивала людей, изменился ли вкус.

У нас по-прежнему не было точных приборов, которыми я пользовалась бы на Земле.

Зато появилось время.

А в работе с землей время иногда показывало больше, чем одно красивое измерение.

— Теперь поля, — сказала я.

Савел посмотрел на небо.

— Завтрак.

— Сначала одно поле.

— Вы говорили это про колодцы.

— Но мы действительно посмотрели только два.

Он молча пошел вперед.

На поле Кернов ничего не сеяли.

После осеннего затопления оно пострадало сильнее остальных.

Всю зиму участок оставался под паром.

Когда позволяла погода, мы подавали туда небольшое количество холодной воды и давали ей уходить по восстановленному дренажу.

Не постоянно.

Не пытаясь вымыть всю соль за один сезон.

Так можно было получить новую проблему вместо старой.

Сейчас верхняя корка выглядела иначе.

Белых пятен стало меньше.

Я присела и взяла почву.

Влажная.

Но не липкая.

— Рано радоваться, — сказал Савел.

Я подняла голову.

— Я молчу.

— Зато я уже знаю ваше лицо.

— И что оно говорит?

— Что вы сейчас захотите что-нибудь посадить.

Я посмотрела на поле.

Хотелось.

Очень.

Но Савел был прав.

— Не будем.

Он даже удивился.

— До осени?

— До конца лета точно. Потом посмотрим.

— Разумно.

— Запишите этот день.

— Уже.

На соседнем участке ситуация была лучше.

Там соль проступала только небольшими пятнами.

Осенью землю не засевали.

Весной планировали пустить часть под кормовую культуру, которую местные выращивали на менее требовательных почвах.

Не весь участок.

Только лучшую половину.

Я не знала, каким будет урожай.

Но впервые мы собирались что-то вернуть в обработку, а не закрыть.

На дороге появился Марк.

Он вел лошадь и что-то объяснял молодому мужчине рядом.

Увидев нас, подошел.

— Вы опять с рассвета ходите?

— Савел вытащил.

— Неправда, — сказал тот. — Я предложил.

Марк засмеялся.

— Тогда сам виноват.

Он протянул мне лист.

— Что это?

— Семьи на весенние работы.

Я просмотрела список.

Тридцать семь человек.

— Столько?

— Еще шестеро могут прийти из соседней деревни.

— Нам столько не нужно одновременно.

— На каналы — нет. На поля и мельницу — нужно.

Я подняла взгляд.

— Мельница?

— Плотник сказал, новый вал закончат к концу недели.

Я посмотрела на Савела.

— Почему я узнаю это от Марка?

— Потому что вчера вы ушли из сушильни поздно.

— Это не ответ.

— А я хотел хотя бы один вечер не обсуждать с вами вал.

Марк снова рассмеялся.

— Прекрасно. Значит, сегодня обсуждаем.

Савел застонал.

До дома я вернулась только через два часа.

Леста встретила меня в кабинете с завтраком.

Я больше не пыталась спорить с едой, которую ставили передо мной без спроса.

За зиму меня приучили.

— Есть письма? — спросила я.

— Три.

Она положила их рядом с тарелкой.

Первое пришло от Орена.

Расследование по «Северному камню» почти завершилось.

Лорена Вайса нашли зимой в портовом городе.

Он отрицал, что знал происхождение пирена.

Но признал, что Варен предлагал груз через торговую контору Соренов и требовал вести часть перевозок отдельно от обычных книг.

Дело еще не было полностью закрыто.

Но основная его часть уже не касалась моего права управлять долиной.

Возмещение поступало частями.

Не быстро.

Не полностью.

Но поступало.

Второе письмо было от торговца из соседнего города.

Он хотел закупить сушеные травы и яблоки на следующий сезон.