Книга Тёмная Жажда, страница 15 – Юлия Нежная

Я почувствовала сопротивление. Чужое, плотное, как стена. Воля Элис дрожала под моим натиском.

А потом — щелчок.

Элис стала меняться. Я услышала, как ломаются кости, словно кто-то шагнул на сухой наст. Тело сжалось, вытянулось. Жёсткая шерсть покрыла кожу, воздух наполнился запахом тёплого леса и звериной кожи — запахом, который я узнала, потому что он был во мне. Лицо исказилось, превратившись в мордочку с блестящими глазами. В ворохе платья извивался маленький зверёк, похожий на куницу.

Мгновение — и всё растаяло. Элис снова стояла передо мной, бледная, дрожащими руками натягивая платье.

— Джули! — голос Элис прозвучал обиженно и глухо. — Нельзя так использовать силу!

— Прости, — голос сорвался. — Я просто хотела убедиться, что не схожу с ума. Что это всё не галлюцинации — эти лица, эта тьма...

Элис посмотрела на меня долгим взглядом. В нём не было злости — только усталость и что-то похожее на жалость.

— Ты правда ничего не знала об оборотнях? Совсем ничего?

Я хотела сказать «нет». Но замерла.

Родители никогда не уезжали дольше, чем на пару дней. Мама вздрагивала от каждого шороха. Отец проверял замки — и перепроверял, когда думал, что я сплю. А потом та ночь. Звери, которые рычали как люди. Люди, которые выли как звери. Мамино лицо в разбитом окне. И амулет, нагревающийся на груди.

Я всё это знала. Просто не позволяла себе соединить точки.

— Догадывалась, — сказала я. Голос прозвучал ровно, чуждо. — Но думала, что схожу с ума.

Элис села на край кровати и обхватила колени. Я опустилась рядом. Кровать мягко прогнулась под нашим весом, и на мгновение мне показалось, что мы просто две подруги, которые шепчутся в ночи. Но это было не так. И уже никогда не будет.

— Как ты прошла полосу препятствий? Обогнала Кристину, которая тренируется с шести лет.

— С шести? — я опешила. Значит, близнецы уже знают… Кажется, я была единственной, кто жил в неведении.

— Нет. Обычные люди не знают. Они даже не видят нас, когда мы рядома нам правда открывается годам к четырём, — Элис пожала плечами. — Обращаемся после совершеннолетия. У меня в прошлом месяце был день рождения. У тебя скоро, да?

Я нахмурилась. Мы знакомы несколько часов. Откуда ей знать, когда у меня день рождения?

— Откуда ты...

— После того, что сделали твои родители, о вас ходило много слухов.

— Мои родители... кем они были? — спросила я, стараясь, чтобы голос не дрожал.

Элис помедлила. В темноте её глаза блеснули — не жёлтым, как у Джея, а мягким голубым свечением.

— Твоя мама была кроликом. А кто твой отец… Лучше спроси об этом у своей могущественной тёти. Она давно должна была всё рассказать. — Ведь их брак был запретным.

Я сглотнула. В горле пересохло так, будто я проглотила миску песка. Он застревал, царапал, напоминал о себе каждым движением. Вот так для меня ощущалась эта правда.

— Почему хищники и травоядные — табу?

Голос Элис стал тише, когда она произнесла это имя. Будто боялась, что кто-то услышит.

— Неизвестно, что унаследует ребёнок. Но хуже всего, если он родится перевёртышем. Их боятся. Они сильнее, могут превращаться в разных зверей, но разум слаб. Они сходят с ума. Самый известный — Николас Спрайт. Обратился в пять лет, был гением. А потом заперся в лаборатории и создал орден охотников, который выслеживает нас до сих пор.