Книга Сосланная жена дракона. Хозяйка Серой крепости, страница 11 – Николетта Фэй

Я забираю местные списки в верхний дом. До рассвета нужно снять копии, спрятать журналы и подготовить детей к возможному дыму. Работа не оставляет места для вопроса, который всё равно возвращается: знал ли Кайрен, куда отправляет меня?

Бесса раскладывает страницы на полу моей гостиной, потому что стол уже занят лекарственными ведомостями. Мы делаем три копии списка живых детей из числа «умерших». Одну Корн запирает в сейфе, вторую Освин прячет в пустом камне возле цистерны, третью я зашиваю в подкладку плаща. Если утром Кайрен решит верить только приказу, ему придётся сжечь доказательства вместе со мной. От этой мысли игла входит в палец; я вытираю выступившую каплю о внутренний шов, чтобы Бесса не заметила.

В день комиссии он стоял у окна нашего кабинета и не подошёл, когда лекарь говорил о шести неделях покоя. Я пыталась объяснить про исчезнувших детей, путала числа, искала бумаги, которых не оказывалось на месте. Кайрен спросил врача, опасна ли я для себя. Не меня — врача.

Теперь внизу лежат дети из тех самых приютов. Свежий приказ связывает их смерть с его именем.

Я не знаю, зачем ему понадобилось ждать рассвета. И не позволяю себе искать ответ, который сделал бы мужа менее виноватым.

* * *

Кайрен

Приказ приносят в разгар вечернего разбора полётов. Полковник Дейр докладывает о потерянном времени у северного перевала, офицеры спорят над картой, а я вскрываю серую печать Санитарной палаты, ожидая обычного требования выделить людей для оцепления.

В первой строке указано: «Протокол Огня».

— Продолжайте без меня, — бросаю я, но Дейр уже замолкает, заметив знак чрезвычайного распоряжения.

Серая крепость Вальдеров. Высокая смертность. Устойчивого улучшения нет. Выжигание назначено на рассвете, исполнителем выбран ближайший огненный дракон нужной силы.

Моё имя.

Я читаю приложения. Список служащих короткий, за ним идёт число карантинных больных. В конце отдельной строкой указана представительница владельцев, находящаяся в верхнем жилом доме.

Лиана Вальдер.

Стул падает за моей спиной. Я понимаю, что толкнул его, только когда Дейр поднимает с пола карту.

— Кто привёз это?

— Курьер Палаты, генерал. Ждёт подтверждения снаружи.

— Задержать. Никого к нему не подпускать.

Полковник отдаёт приказ адъютанту, а я уже вытаскиваю из дорожного сундука копию распоряжения о проживании Лианы. Последние дни бумага лежала там вместе с другими документами, которых я не хотел видеть.

Верхнее семейное крыло. Отдельный вход. Шесть недель. Наблюдение лекаря. Запрет на любые контакты с арендуемыми Палатой помещениями.

О действующем карантине нет ни строки. Семейный врач уверял, что нижние корпуса законсервированы после зимы. Мать подтвердила: крепость почти пуста, старые слуги присмотрят за Лианой.

— Она не должна находиться внутри карантина, — произношу я.

Дейр берёт оба документа, не касаясь серой бумаги голой рукой. Его лицо остаётся спокойным, но он дольше обычного сравнивает даты.

— Ваше распоряжение выдано раньше дополнения о закрытии верхнего крыла. Возможно, её успели вывезти.

— В списке стоит сегодняшняя проверка присутствующих.

Полковник поднимает глаза.

— Тогда Палата должна объяснить, почему не уведомила командование.

Он переворачивает санитарный приказ и находит номер дополнения, на которое ссылается Палата. В журнале входящих такого документа нет. Дейр зовёт дежурного писаря, требует книгу и получает тот же ответ: до сегодняшнего вечера Серая крепость в военных сводках значилась пустующим семейным объектом.