Книга Карлов, страница 166 – Степан Мазур

Армия проигрывала. Противника было слишком много.

— Ноя наплодила целый легион! — крикнул академик в сердцах. — Наверняка, оставила целёхоньким не один китайский сборочный цех! Туда-то и подаётся электричество с ГЭС… Сука хитрая!

Слова академика меня уже словно не касались. Я вдруг увидел последний четвертый десяток скаев — «звериный». Самый быстрый, проворный и смертоносный. Тигры, пантеры, львы, леопарды, рыси, собаки, львы и другие звери на четырех лапах. Удачные модели. Они были быстрыми как тот гепард в лесу, от которого удирали на пожарном танке. Их лапы могли вскрывать бронь танков, разбивать корпуса автомобилей, сбивать гусеницы и ломать экзоскелеты. Скаи умели делать всё, чтобы не оставить медлительному противнику ни единого шанса. Этот класс создали всецело, чтобы убивать. Воевать по принципу «один против всех».

Ничего лучше человечество придумать среди робототехники так и не успело.

Наш мотоцикл почти смешался с толпой и техникой на дороге. Перестав держать лыжи, я увидел, как они улетели дальше по трассе. А потом подскочил и ящик с антирадином. Его я подхватить успел на лету. Но следом за ним улетел и чемоданчик академика.

Маска запотела, порядком ограничив обзор. Зато я увидел солдат вблизи. Некоторые из них были в ратниках различных модификаций, другие в сплошных экзоскелетах, спроектированных по типу того же робота, но с единственно-возможным управлением от человека, что находился внутри него.

Иные были и вовсе в «девронах». Эти гибридные костюмы сочетали в себе передовые средства индивидуальной защиты, совмещающее в себе функции бронежилета, противохимической и противорадиационной защиты и были нечета нашим костюмам в люльке.

Благодаря такой комбинации защитных функций девроны одинаково хорошо защищали от пуль, осколков, взрывных устройств, грязных бомб и других химических и радиационных опасностей. Единственным их минусом была модульность. Подключаемых модулей хватало не на всех: на одних людях были лишь бронежилеты, на других костюмы, закрывающие большую часть тела, а на прочих полностью герметичные скафандры. И что-то мне подсказывало, что это сильно зависит от обозначения на погонах.

— Это конец, Карлов, — подытожил академик. — Мы увязнем с этими бедолагами.

— Бедолагами? — поразился я. — Разве вам есть дело до людей?

— Дурак вы, Карлов, — сказал он так, словно обиделся. — Всё что я делал, я всегда делал ради людей.

В бок ударило, стеганув по автомату через плечо. Меня скинуло с мотоцикла, покатило по трассе, швыряя как куклу. Маска встретила дорогу, разбилась. Чудом не пострадали глаза. Покрытие проклеено защитной плёнкой, но всё же!

Широкий мультикоптер размером с автомобиль, выпустив пули, пошёл на второй круг. Его тут же подстрелили из ближайшего грузовика, нейтрализовав противозенитным-ракетным комплексом. Но большего врагам и не требовалось. Умные камеры уже передали Ное приоритетную цель. Все ближайшие роботы вдруг рванули в сторону академика.

Шапка и маска не спасли Невельского от обнаружения. Его дочке достаточно было заглянуть учёному в глаза, чтобы распознать их из восьми миллиардов.

ИЖ вклинился между грузовиков, БТР и танка, пытаясь затеряться среди потока, но лишь увяз в толпе. «Тигр», «волк» и «лиса» быстро расправились с ближайшей Арматой и подорвали грузовик с ранеными.