Книга Карлов, страница 168 – Степан Мазур

За этим занятием меня и застал встречный луч света. Двое солдат в полных девронах подсветили меня мощными фонарями. Они шныряли среди раскуроченной техники, подбирали оружие и боеприпасы.

— Эй, живой что ли? — раздался голос.

— Да.

— Валера, не трать время. Он всё равно облучен. Брось его, — раздался второй голос. — Слышь, мужик? Отвали!

Я покачал головой, обозначая присутствие маски.

— Нет. Я в норме. Фильтр. И антирадин есть. Почти полный, — я поднял его над головой. — Хотите по таблеточке?

Они подскочили с завидной скоростью, проглотили по таблетке.

— Запить есть чем?

— Нет. Только бензин, — ответил я, вспоминая, что ещё одна полная канистра лежит на дне люльки.

— Бензин? Серый, мы спасены!

— И жратва, — припомнил я и скудные припасы, что оставались от последнего обеда.

Это известие сразу расположило служивых ко мне.

Оба оказались солдатами. Точнее — старшими лейтенантами противохимических войск. Молодые, недавние выпускники пограничного института. Из тех, кто уцелел в резне.

У обоих был приказ нагонять основные войсковые соединения своим ходом за неимением транспорта и дефицита топлива. По сути, Серегу и Валерия бросили на добивание роботам более вышестоящие чины. Но вслух это не обозначили. Вслух что-нибудь о тактическом отступлении, чтобы выиграть время.

На войне все средства хороши.

Заправляя армейский УАЗик, который армейцы достали с консервации несколько недель назад, я узнал, что остатки армии оттянулись на восток, в сторону Благовещенска. Там должны соединиться с танковой группой под Сковородино, где защиту от дронов давали системы радиолокационной борьбы типа «Краснуха». Они чистили небо на сотни километров вокруг себя. Должно помочь.

Но до тех систем ещё добраться надо было. А наше новое транспортное средство никак не желало заводиться, замёрзнув за вечер. Пришлось разводить костер, снимать аккумулятор и обогревать его полночи, а также возиться с простреленной осколками шиной, меняя на запаску.

Работа растянулась до рассвета. Возиться пришлось в основном мне. Так как ребята не верили, что при северном ветре нам ничего не угрожает, и не снимали своих тесных костюмов.

А в них много в быту не сделаешь.

— Высокий уровень радиации датчики показывают из-за груды облученного металла роботов вокруг, а не земли. Тяжёлые радиационные элементы находятся не на ближайшей земле, — с уверенностью Невельского убеждал их я. — От альфа-же излучения хватит и зимней одежды. Но фильтры с лица лучше не снимать… И тем спасемся.

Они верили, но… не снимали девронов.

Уже рассветало, когда автомобиль загудел. Стоило мотору прогреться, как мы покатили нагонять войска.

То, что скрывала ночь, теперь было видно, как на ладони: чёрные воронки с расплавленным металлом, растаявший снег с выжженной дотла землёй, остовы разбросанной техники и искореженных, подбитых роботов по округе. Тела, оружие и снова тела. Гражданские и военные. Вперемежку.

— Паника вывела почти всех из города, создала ложное чувство безопасности под боком у военных. А роботам только это и нужно было, — говорил я, по приобретённой привычке анализируя информацию вслух.

Ребята слушали, кивали, но были слишком уставшими от длительного марш-броска, чтобы отвечать что-то внятное. Генерал объединённого восточного округа гонял их двое суток без сна и отдыха.