Книга Близнецы. Том 1, страница 93 – Дарья Чернышова

На полу у кушетки в высохшей желтоватой лужице валялись осколки маленького пузырька. Алеш присел на корточки и подобрался к ним со всей осторожностью, опасаясь, что от его шагов осколки вдруг подпрыгнут и разбегутся. Он подобрал двумя пальцами самый крупный, на котором прилипла бумажка с надписью, прочел ее и почувствовал, как кровь отлила от лица.

«Настойка арники, – сказала бумажка. – Все, Арника твоя умерла».

Алеш подумал, что так бывает только в трагических поэмах. Но он не набор слов, он – живой человек. У него болели все мышцы, он чувствовал каждую, он чувствовал все. Теперь он чувствовал, что ему нужно сесть и выпрямить спину, иначе все закончится прямо здесь и сейчас, на полу лекарского кабинета. Алешу было все равно, но кабинет возражал.

Взобравшись с огромным трудом на кушетку, он прислонился затылком к стене и попытался восстановить дыхание. У мастера-лекаря Алеша из Тарды абсолютно ничего не получилось. Он закрыл руками горящее лицо, медленно выдохнул, и вместе с воздухом из груди сам собой вырвался крик. Он поймал эхо в ладони, и оно утащило его в пустоту.

Алеш очнулся от хлесткого шлепка по щеке. Он все так же сидел на кушетке, а на полу блестели осколки склянки.

«Я не спал. Мне все это не приснилось».

— Прости, – сказал Еник. – Не знал, как до тебя докричаться. Я уже… Мне так жаль, Алеш. Мне так ужасно жаль…

Он говорил это искренне, и от искренности стало больно, как от огня. Алеш застонал, сдерживая подступающий к горлу вой, переждал приступ и аккуратно снял руку брата со своего плеча.

— Я дал клятву, – сказал он и, опираясь на эту руку, поднялся. – Нужно ее исполнить.

Еник поднялся вслед за ним и спросил:

— Чем помочь?

— Подмети здесь, – велел Алеш. – Ты знаешь, где что лежит.

Он встретил главного стряпчего вместе с подмастерьем у подножия лестницы, ведущей к обеденному залу и кабинету владыки. Яспер Верле сдвинул брови и сосредоточенно кусал ноготь на большом пальце. Увидев Алеша, он коротко кивнул и молча протянул руку, как мастер мастеру.

— Ты как? – тихо спросил Венцель, возвращая ему влажную куртку.

«Как чумная крыса в раскаленной печи».

— Владыка уже знает о госпоже? – обратился Алеш к главному стряпчему, чтобы не пришлось смотреть другу в глаза.

— Да. Он передал, чтобы мы не затягивали и как можно скорее разобрались в деле.

— Тогда начать надо с тел.

Лисенок и господин Яспер переглянулись. Венцеля передернуло, но он собрался с духом и спросил:

— Что мы можем сделать?

Алеш перебросил потяжелевшую куртку через локоть и опустил руку в карман. Пробка от арниковой настойки скользнула в ладонь, как крошечный жучок.

«Больше ты мне ничего не оставила, милая. Но я рад и этому. Спасибо, что сегодня пришла».

— Найдите мне комнату потише, – сказал он. – И отнесите их туда.

Это оказалась полупустая старая кладовая. У входа его встретил Кашпар Корсах и, почесав плечо, хрипло спросил:

— Ты уверен? Лекари моей тетки могли бы…

«Лекари твоей тетки могли бы всей гурьбой броситься с башни. И госпожу с собой взять. Я бы не возражал».

Кашпар остался за дверью. Алеш остался один.

Выпить хотелось сильнее, чем десять лет назад. Алеш намеренно взял с собой из кабинета только самое необходимое, проигнорировав склянки с настойками – зверобой, пустырник и остальное. Он знал, что не справится и вылакает все разом, если даст себе такую возможность, а ему нужен ясный ум и твердая рука.