Книга Зловещие топи, страница 116 – Виолетта Орлова

— Не делай этого! – приказала она в своей обычной нагловатой манере, увидев, что тот достает карту и силится что-то разглядеть при лунном свете. – Так мы только время потеряем. Я знаю эти места лучше кого бы то ни было.

— Тем не менее я хочу понимать, куда иду, – спокойно возразил девушке Артур, невозмутимо продолжая начатое. Тогда она резко повернулась к нему и попыталась вырвать из его рук карту, вследствие чего ветхий свиток надорвался с одного края.

— Ты в своем уме? – взвился клипсянин, отпихивая от себя полоумную хозяйку Доргейма.

— Мы не будем тратить на это время! – повторила вздорная девчонка с нажимом. Остальные во все глаза глядели на них. Никто не подумал вмешаться в спор. Они еще не так далеко ушли, чтобы забыть, что слово Одди – закон. Однако Четверка, к удивлению прочих, вдруг поспешно сказал, придя на помощь товарищу:

— Я бы тоже посмотрел на карту и компас. В конце концов, на болотах легко заплутать.

Оделян фыркнула так громко, что сама выпь бы ей позавидовала, однако в конечном итоге ей все же пришлось уступить. Артур тогда еще не догадывался, что этот маленький спор в дальнейшем приведет к беде. Между тем это был первый звоночек. Потеря авторитета. Власть Оделян зиждилась на крепком каменном постаменте, однако теперь из него словно бы достали один маленький камушек. Доргеймцы удивленно переглядывались, словно спрашивая друг у друга: а что, так можно – не слушать свою госпожу?

Но Артур, разумеется, вовсе не имел в мыслях ничего дурного. Он привык быть лидером. Теперь же именно в его руках находилась карта с ценными указаниями Доланда; так разве стоило ими пренебрегать, поддаваясь скверному характеру Одди? Он так не считал. Поэтому юноша предпочитал каждый их шаг сверять с маршрутом, дабы не уйти в те гиблые края, которые ему советовал избегать естествознатель.

Путники без устали шли всю ночь. Одди боялась, что по их следу пустят собак. Хорошо было уйти как можно дальше, позволив метели скрыть их следы. Давно уже Артур не ходил так долго; все тело его одеревенело, а ноги переставлялись с огромным трудом, будто кто-то надел на них свинцовые доспехи. Четверке тоже было нелегко. Остальные же, казалось, участвовали в увеселительной прогулке по парку.

Утро на болотах было сырым, холодным и мглистым; с земли наползал густой туман, и чудилось, будто не путники продвигаются вперед, а все остальные предметы движутся на них с огромной скоростью. Вот тогда-то Одди и решила устроить привал. С удовлетворением глядя на наступающий белый туман, она проговорила:

— Он скроет нас от преследователей. Теперь мы в относительной безопасности. Я предлагаю поесть и немного поспать.

Предложение было воспринято с нескрываемым энтузиазмом, ибо выяснилось, что закаленные и выносливые доргеймцы тоже не прочь отдохнуть. Так, вскоре задымились ветки и образовался уютный костер, вокруг которого сели уставшие и продрогшие насквозь беглецы. Они с особым удовольствием поели лоснящееся сало в травах с ржаным хлебом, запивая эти нехитрые деликатесы сладким брусничным напитком. Во время перекуса выявился неприятный факт: оказалось, что Единица может за один присест проглотить несколько порций подряд; по очереди он закидывал в рот смачные куски сала, и создавалось впечатление, будто внутри него находится бездонная дыра, способная поглотить все на свете, в том числе и его менее прожорливых спутников вместе взятых. Сначала ребята тактично помалкивали, опасливо косясь на исчезающие ломтики еды, однако потом Чанг, который менее остальных страшился Питбуля, не выдержал и возмущенно воскликнул: