Книга Зловещие топи, страница 208 – Виолетта Орлова

С этими вразумляющими словами управляющий хлопнул в ладоши. Тут же откуда ни возьмись перед ним возникла девушка с платком на голове, вероятно, служанка.

— Проводи актера к Саибу, – вздохнул мужчина, небрежно указав перстом на Артура.

— Слушаюсь, милостивый господин, – нежным бархатным голосом ответила девушка и легонько тронула новоиспеченного работника за руку, приглашая пройти за ней.

Они вышли из шатра управляющего, затем по дорожкам, засыпанным разноцветным гравием, прошли к вытянутому вверх шатру, возвышавшемуся чуть поодаль от ресторана. Перед входом в бурсу располагался таз с розовой водой, а к навесу были прикреплены колокольчики, издававшие приятное мелодичное звучание при малейшем дуновении ветра.

— Изволь омыть ноги, перед тем как зайти, – тихо попросила девушка Артура. – Обувь оставишь у входа. Внутри ходят босиком.

Юноша подчинился, совершив все необходимые процедуры, а девушка с нескрываемым любопытством наблюдала за ним своими выпуклыми черными глазами.

— Господин Гулеба окрестил тебя актером, значит, это и будет твое прозвище в стенах бурсы, – загадочно проговорила она. Артуру было в целом без разницы – хоть актер, хоть Тахир Кремлек, все равно ни одно из этих наименований не отражало реальное положение дел. Главное, чтобы его истинное имя никому не стало известно.

По длинному коридору из бамбуковых ширм и перегородок служанка провела гостя в какую-то комнату, где очень сильно пахло мускусом и амброй. Пол здесь был застелен матами из тростника и рисовой соломы.

На камышовой циновке в медитативной позе сидел худощавый босоногий юноша в халате, глаза его были полузакрыты.

— Саиб, примите новичка. Это Актер.

Юноша вздрогнул, встрепенулся, подобно кулику, а его темно-зеленые блестящие, как пара оливок, глаза с любопытством уставились на вошедших.

— Хорошо, Хасания, иди.

Девушка послушно склонила голову и скрылась, оставив юношей одних.

— Из-за тебя Гунах сегодня потерял работу, – ровным голосом произнес Саиб, в упор глядя на Артура своими глазами-оливками.

— Вот как, почему?

— В Дромедаре не может быть больше восьми официантов. Нас и было восемь, но взяли еще и тебя. Значит, уйдет Гунах.

Артур нахмурил брови, ибо вовсе не хотел, чтобы по его вине кто-то лишился работы.

— Я не знал, – неловко пробормотал он, и Саиб кивнул головой.

— Да, понимаю. Знаешь, как старик отбирает работников? Он словно помещает нас на воображаемые весы и прикидывает, у кого больше значимости. Тебя он оценил дороже Гунаха, ты должен быть польщен.

— Мне жаль, что кого-то выгнали из-за меня, – возразил честный юноша, который, разумеется, совершенно не чувствовал себя польщенным. Очевидно, Саиб почувствовал искренность в тоне новичка, и это ему весьма понравилось, ибо тонкие губы его раздвинулись в дружеской улыбке.

— С завтрашнего дня приступишь к работе. Начинаем мы с рассветом, а заканчиваем ближе к полуночи. Один день в неделю будет выходным, работать нельзя, табу. У тебя будет специальная форма, за чистотой которой полагается следить тебе самому. От тебя всегда должно приятно пахнуть, масло можешь выбрать на свое усмотрение, но не слишком ароматное, чтобы не перебивать аппетит гостям. Наши клиенты – особая публика, к каждому должен быть индивидуальный подход. Тебе следует выучить наизусть предпочтения каждого посетителя, если он в Дромедаре не первый раз. Помимо общих работ – принести и подать – на тебя возлагается обязанность при необходимости уметь поддержать умную беседу, внимательно выслушать гостя, помочь ему советом. Одному надо сделать комплимент, другому – посочувствовать, с третьим надо заискивать, а с четвертым, напротив, быть немного нахальным. У каждого свои вкусовые предпочтения, но ты должен вычислить их все. Дромедар считается лучшим заведением Мира чудес вовсе не из-за качества и ассортимента предлагаемых блюд, а благодаря услужливости и предупредительности наших работников. А еще ты сразу должен определиться, в каком ты находишься лагере.