Книга Янтарная гавань, страница 277 – Виолетта Орлова

— Во-первых, я не послушал тебя и подставил нас всех, когда полез помогать Хвостику. Во-вторых, это я надоумил первокурсников раскидывать мусорные баки в Троссард-Холле и распускал о тебе ложные слухи.

— Что? – переспросил Артур, не совсем понимая.

— То, что я сказал.

— Это какая-то глупость, Тод.

— Да, наверное. Вернее, сейчас я так и думаю. Но тогда…

— Зачем ты это сделал?

— Ах, не знаю, ребячество. Я был немного зол на тебя. Посуди сам, ты неожиданно заявляешься на древо тогда, когда я уже начинаю верить во взаимность чувств сам знаешь кого. Конечно, твое появление разом рушит все мои планы. Но я еще не теряю надежды, так как думаю, что ты, вероятно, вовсе не любишь ее. Я пытаюсь привлечь ее внимание, но все безуспешно. Любой разговор с ней превращался в разговор о тебе. Меня это ужасно бесило, правда. И эта дерзкая и глупая выходка в школе…. Мне так хотелось испортить тебе жизнь, чтобы поскорее выпроводить из Троссард-Холла! С одной стороны, я гадил тебе, с другой – воображал перед Дианой, якобы всячески защищая тебя. Я специально все свалил на Инка. Мне хотелось показать ей, что именно я нашел злостного зачинщика, равно как именно я выступаю первым твоим защитником. Короче, вел себя, как последний дурак. Даже Дан не знает об этом, и я прошу, не говори ему. Пусть думает обо мне лучше, чем я есть на самом деле. Ты ведь не скажешь? – Тод говорил все это тихо и очень-очень торопливо, постоянно озираясь по сторонам, будто боясь, что в этом ужасном гомоне его кто-то и впрямь может услышать.

— Не скажу.

— Хорошо. На самом деле, Диана очень дорога мне. Я бы даже осмелился сказать, что люблю ее, или, по крайней мере, испытываю чувство, весьма похожее на любовь. Не знаю, зачем все это говорю. Наверное, несмотря ни на что, все-таки считаю тебя своим другом. Ты простишь меня?

Артур посмотрел на смущенное бледное лицо беруанца, на его робкую кривую улыбку, расширенные зрачки, пот, неожиданно выступивший на лбу. Клипсянин сердцем почувствовал, что это странное признание далось Тоду отнюдь не легко. И если бы не критическая ситуация, в которой ребята оказались, он вряд ли вообще завел об этом разговор. В глубине души руководитель простил друга и вовсе не держал на него зла. Тем более что сейчас это все казалось сущей нелепицей. Он уже с готовностью открыл рот, чтобы сказать «прощаю», но что-то скверное на душе помешало ему так сделать.

На то было несколько причин. Так, Артура до глубины души возмутил тот факт, что Тод вообразил себе, будто бы Диана и впрямь может влюбиться в него. Наверное, в этот момент в нем самом проснулись какие-то собственнические настроения. С другой стороны, ему действительно показалось глупым поведение беруанца, особенно, когда тот подло свалил все на Инка. Хуже не придумаешь. И потом, Тод, по его мнению, должен был признаться гораздо раньше, а не теперь, когда они совсем не располагали временем на выяснение отношений.

Короче говоря, все вышеуказанные причины повлияли на то, что в конечном итоге Артур вообще ничего не ответил, а просто отвернулся от него. В оправдание его поведения можно сказать лишь то, что сейчас руководитель был слишком озабочен их положением, а более всего судьбой Дианы, поэтому не поразмыслил хорошенько над словами друга и отнесся к ним достаточно поверхностно и легкомысленно. Впоследствии, он, вероятно, сильно пожалеет об этом, но, разумеется, лишь в том случае, если вообще выживет после этого сомнительного приключения в Раторберге. Да и любой на его месте пожалел бы, ибо сказать «прощаю» все же немного проще, чем «прости».