Книга Янтарная гавань, страница 392 – Виолетта Орлова

— Чужеземцам обычно нравится, – заметила Лика, неслышно подойдя к юношам, которые и вправду были совершенно очарованы видами бескрайней пустыни.

— А тебе? – поинтересовался Даниел, который в последнее время стал весьма любопытным. Девушка пожала плечами и откинула назад свои прекрасные тяжелые кудри.

— Я не знаю, – просто ответила она, ничего более не прибавив к этой скупой реплике.

— Спасибо, что помогла нам, – с благодарностью проговорил Артур, обернувшись к девушке. Секунду-другую она внимательно смотрела на него, будто оценивая, а затем искренне улыбнулась.

— Если бы не я, тебя съели бы с потрохами!

— А что, все армутские девушки так падки на чужестранцев? – встрял в разговор Тин, которого невероятно заинтересовала данная тема.

Лика весело рассмеялась.

— Все зависит от чужестранца, парень, – ответила она с лукавой улыбкой и добавила: – тобой бы тоже заинтересовались, не переживай.

Тин невольно расправил плечи, а на лице у него появилась довольно глупая и важная ухмылка.

— Меня зовут Тиннарий, кстати, – с некой долей торжественности и пиетета произнес Тин. – А это мои друзья. Артур, Дан и Инк.

Сказанное прозвучало так, будто Тиннарий являлся, по меньшей мере, властителем Тимпатру, а все остальные находились в его подчинении. Смешливая Лика вновь от души рассмеялась:

— Думаю, вам будет небезынтересно пообщаться с другими моими посетителями. Все-таки не так уж и часто в Тимпатру гости, тем более не армуты.

— Откуда ты узнала, что мы не армуты? – рассеянно переспросил Даниел.

Лика смерила тщедушного юношу насмешливым взглядом.

— Так уж вы на них похожи? Артур разве что. Но, на мой взгляд, у него слишком прямой и тонкий нос, чтобы подпадать под категорию степного народа.

— Но и ты, знаешь ли, не особо похожа на армутку, – пожал плечами Даниел Фук.

— Правильно. Так и должно быть. Я действительно не армутка, – внезапно погрустневшим голосом промолвила девушка.

— Можно, мы осмотрим верхнюю комнату? – из вежливости поинтересовался Артур. Лика подняла свои большие глаза на юношу; хозяйка медлила с ответом.

— Они очень плохи. Столько времени без еды и воды, не думаю, что стоит их тревожить. Парень при смерти, я даже не успела узнать его имени. А девушка… Все утро была без сознания.

Артур почувствовал, как при этих словах песчаный пол словно бы покачнулся под его ногами. Надежда в глазах некоторых представляется довольно сомнительной вещью, ведь она может расколоться вдребезги при соприкосновении с тем, что нам на первый взгляд кажется действительностью. Но люди все равно бережно хранят ее в потайном кармашке своего сердца, и в этом их мудрость, ибо именно надежда является якорем для души. Поэтому бесцеремонный клипсянин, начисто проигнорировав предостережения хозяйки, упрямо направился наверх. Какое-то время слышен был звук его нетерпеливых шагов и шуршание тканевых обрезков, а затем все стихло.

— Я смотрю, твой друг, Тиннарий, не отличается особым послушанием, – с некоторой долей лукавства проговорила Лика.

Тот лишь пожал плечами.

— Да, он всегда был таким.

— Инк! – послышался вдруг отчаянный возглас руководителя. – Скорее иди сюда!

И было что-то в голосе Артура такого, что естествознатель немедленно подчинился, не раздумывая и не упрямясь. В два счета он взлетел по лестнице, будто из человека за секунду обратился в быстрого степного сокола. Первым делом беловолосый юноша взглянул на друга: лицо у того было неестественно побледневшим и каким-то осунувшимся, словно за время пребывания в верхней камере его одолела страшная хворь. В голубых глазах его стояли слезы, что вообще было редкостью для такого сдержанного человека, как Артур.