Книга Янтарная гавань, страница 397 – Виолетта Орлова

Лицо Инка сморщилось от напряжения; чувствовалось, что данный акт исцеления дается ему с превеликим трудом. Возможно, отчасти из-за его искреннего нежелания помогать Тоду. В какой-то момент тихий стон сорвался с побледневших губ врача, словно и он сам заразился от больного лихорадкой. Но вот все закончилось, и юноша с наслаждением выпустил холодные руки Тода.

— Он здоров, – слабым голосом оповестил естествознатель, вытирая ладонью выступивший на лбу пот. Артур с Дианой, державшись за руки, подошли к постели больного. Тод медленно открыл глаза, моргнул. Сперва сознание его зафиксировало Диану, как нечто более желанное и родное.

— Ди… – слабым голосом прошептал он. – Ты жива, любимая моя.

Диана нахмурилась и виновато взглянула на Артура. Тод же с недоумением приподнялся на локтях и только потом заметил всех остальных. Инка, который стоял чуть поодаль с напряженной ухмылкой, которая вроде бы говорила всем: «Я же предупреждал!», Даниела с Тином, которые тоже успели подняться наверх. И Артура собственной персоной, живого и невредимого, стоявшего рука об руку с Дианой. С потрескавшихся губ Тода сорвался слабый разочарованный стон, когда он осознал, что люди, находившиеся вокруг его постели, вовсе не фантомы и не плод его больного воображения.

— Что происходит? – наконец, вяло выдавил из себя Тод. – Рискну предположить, что я не умер?

— Рискуй, рискуй, пока я рядом, – без тени улыбки пробормотал Инк, все еще никак не придя в себя от перенапряжения.

— Ребята, стол накрыт! – послышался снизу голос хозяйки. – И дайте уже больному немножечко прийти… – она прервалась на полуслове, когда увидела, что Тод, живой, невредимый, но только очень хмурый, спускается вниз по лестнице. Впрочем, и сам Тод был не менее удивлен, увидев перед собой красивую незнакомку.

— Я – Тод, вечный мечтатель и романтик. А как зовут прекрасную госпожу? – не растерялся он, обаятельно улыбнувшись девушке.

— Но-но, приятель, – толкнул его в бок недовольный Тин. – Прекрасная госпожа уже занята.

Лика лукаво рассмеялась и поманила гостей в Янтарную комнату. Тут все было готово, и стол, надо признаться, выглядел великолепно. А еще точнее, по-армутски роскошно. Посреди топчана стоял медный поднос, доверху наполненный ароматными чуреками, рядом с ним лежала дымящаяся курочка в кляре из муки и тростникового сахара, повсюду возвышались серебряные сосуды с нежнейшим розовым и салатовым щербетом; на отдельных подносах, покрытых узорчатыми ковриками с бархатистыми красными кистями, лежали тонко нарезанная сочная дыня с вяленым конским мясом. Отдельным украшением были низкие вазы с экзотическими диковинными фруктами, огромные страусиные яйца, наполненные щучьей икрой, копченые желтые скорпионы в оливковом масле и, конечно же, запеченная муравьиная грудка во фруктовом желе. Не забудем добавить ко всему вышеперечисленному белую сахарную нугу и рубленый шоколад, красиво разложенный по отдельным вазочкам, а также высокие графины, наполненные инжировой и розовой водой.

Тод с Дианой, уже забывшие день, когда они нормально питались, в немом восхищении уставились на великолепный армутский дастархан.

— Мне все кажется, что я сплю, – прошептал многострадальный Тод, проглотив слюну.

— Пожалуйста, прошу к столу, – поторопила ребят гостеприимная хозяйка. Она, как и раньше, села во главе стола, с одной стороны от себя посадив Тода, а с другой – Тина.