Книга Янтарная гавань, страница 430 – Виолетта Орлова

Руководителю не нравилось это по нескольким причинам: во-первых, тяготило незримое присутствие таинственных преследователей, от которых ему хотелось поскорее убежать. Но даже не это главное. В груди его зародилось странное мучительное нетерпение, словно сжигавшее его насквозь. Судя по дневникам, отряд их был уже недалеко от желанной пещеры, где его ждет бедный отец, если, конечно, тот еще жив. И вот это невыносимое желание поскорее кинуться родителю на помощь заставляло юношу безжалостно гнать друзей все дальше и дальше. Порою он был неумолим в своем нетерпении; в иной раз ему хотелось оставить всех и кинуться вперед с картой в руке. Это чувство было странным и мучительным; Артур пытался анализировать его, но ничего не приходило ему в голову в качестве объяснения.

Какое-то нехарактерное раздражение по отношению к друзьям порою проявлялось в его речи и скупых, отрывисто брошенных, словах. Впрочем, никто не делал замечаний руководителю, ибо каждый был слишком занят своими собственными проблемами, чтобы еще лишний раз задумываться о чужих.

Таинственные преследователи проявляли необычайную терпеливость. Вместе с уставшими путниками они останавливались, отдыхали, а потом опять шли, не делая никаких попыток приблизиться. На рукопись никто не покушался, из чего Артур сделал вывод, что, быть может, вовсе не дневник являлся окончательной целью этого, на первый взгляд, бессмысленного преследования. В дороге ребята разговаривали мало, ибо им приходилось беречь силы. Никто, впрочем, не жаловался, даже Даниел. Девушки в их отряде вообще вели себя так, будто были рождены в пустыне. Неутомимые, вечно бодрые, мужественные и обладающие поистине прекрасной выдержкой, они являлись для замученных ребят некой путеводной звездой, за которой те брели, не жалуясь и не сетуя на походные лишения.

Шел седьмой день путешествия. Как следовало из рукописи, путники как раз проходили те места, где гераклионский моряк впервые увидел таинственный мираж-пещеру. Однако ребятам ужасно не повезло. Не было видно решительно ничего: ни миражей, ни пещер, ни вообще хоть чего-нибудь, отличного от постоянных холмов и пресловутого песка. С неподдельным разочарованием смотрел Артур по сторонам; ему казалось, что его подло обманули.

Между тем пейзажи постепенно начали меняться. Холмов стало больше, песок сменился на бедную пожухлую растительность и сухие колючки. Сахарное царство само растворялось вдали, подобно миражу, а впереди уже угадывались невысокие хребты печально известных Таргаринских гор. Неужели именно туда шел Корнелий Саннерс? Неужели где-то в тех краях было место его последней стоянки?

Путники упорно шли вперед, поминутно вытирая пот со своих красных обожженных лиц. Казалось, ничто не способно остановить их. Впрочем, чем более они приближались к горам, тем прохладнее становилась погода. Зной сменился на благодатную прохладу, которая вскоре обратилась в ледяной ветер, обжигавший щеки не хуже солнечных лучей. Весьма пригодились теплые носки из верблюжьей шерсти и накидки на плащи, которые закупил предусмотрительный Тин.

У подножия гор ребята разбили лагерь; они выглядели притихшими и грустными. Друзья так и не обнаружили никакой пещеры, стало быть, весь их тяжелый путь был напрасным. По их подсчетам, за горами находилось Желтое море, что уже само по себе было плохой новостью; Артур не желал выходить к его коварным берегам. Помимо прочих злоключений, таинственный враг по-прежнему преследовал их замученный отряд. Никто не сомневался в том, что это именно недоброжелатель, ибо какой друг будет действовать скрытно за твоей спиной?