Книга Янтарная гавань, страница 456 – Виолетта Орлова

Артур торопливо вышел из-за спасительной ограды, и принялся впопыхах собирать вещи. У него не было времени сортировать пожитки на нужные и ненужные, поэтому он просто взял суму и принялся складывать в нее первые попавшиеся предметы. К счастью, еду не тронули. Фляги тоже были здесь. Дневники, как и следовало ожидать, пропали. Оружие отсутствовало, увы. Исчезли даже ножи для резки овощей.

Тод секунду неловко мялся в стороне, но его подхлестнул сердитый взгляд Артура. Беруанец передернул плечами и принялся помогать руководителю. В конце концов, он сам поплелся сюда, по своей воле, никто его не заставлял. В голове было мутно, ни одной мысли, идеи, сплошной беспросветный туман, какой бывает в промозглый полузеньский день. Где-то там, на белоснежном пляже, лежит несчастная Лика, а он вынужден повиноваться и собирать вещи.

Тоду словно наяву представилось, как Таргаринские горы раздвигаются, подобно крепостным воротам, открывая вид на желчно-желтые водяные покровы. Море бушует, волнуется, сворачивается и раскрывается, выплескивая из своих клокочущих недр отвратительные мутно-янтарные брызги, напоминающие желчь. И бедная девушка лежит под ними, страдающая, умирающая, одинокая.

Беруанец остановился, не в силах более продолжать. Артур не смотрел сейчас на него, слишком занятый разбором вещей, так может быстренько забраться на гору и хоть одним глазком посмотреть, что там творится, на берегу? От этого ведь никто не пострадает? Подумав только в этом направлении, юноша тут же сделал неловкий шаг назад. Артур не обернулся. Еще один. И еще.

Между тем клипсянин мучительно обдумывал одну вещь – стоит ли класть в суму котелок или нет? Он довольно большой, занимает много места, его неудобно тащить, тем более, передвигаясь на четвереньках. С другой стороны, не будут же они все время питаться сушеной саранчой? Артур скосил глаза себе на грудь – безмятежный Рикки спал, повиснув на рубашке, как мятый опавший листок. Сам не зная, почему, юноша улыбнулся. Удивительной представляется дружба между человеком и животным; какая-то таинственная и непостижимая связь существует между ними. Неужели эта странная ящерица так и будет вечно находиться с ним? Неужто животное действительно осознало, что Артур спас его от ястребиных когтей, и теперь, в порыве великодушной благодарности, сделалось его постоянным спутником?

Позади юноши раздался шорох, и Артур шепотом произнес, обращаясь к Тоду:

— Возьми все-таки котелок. Тин будет несказанно сча…

Речь эта так и не была закончена, ибо кто-то налетел на юношу сзади и грубо примял к земле. Ящерица, угрожающе зашипев, шлепнулась на песок поблизости.

Артур отбивался, как дикий зверь, но рана в плече значительно ограничивала его движения. В итоге он, поверженный, лежал на земле, руки его были накрепко связаны армутским платком, а над ним возвышалась чья-то грузная темная фигура.

Это был мужчина, ссутуленный, полный, неопределенного возраста, щербатый от оспы и довольный, будто кот, нализавшийся сметаны.

— Кажется, я отловил одного желтоглазого! – с гордостью провозгласил он в темноту.

— На меня напали! – изо всех сил крикнул Артур, искренне надеясь, что Тод услышит его призыв и постарается убежать. Мужчина с огромным недоумением покосился на вопящего юношу.