Книга Говорящие кости, страница 350 – Кен Лю

Нечленораздельные звуки вырывались из глотки Торьо. Тэра покрепче прижала ее к себе, но бедняжка никак не успокаивалась.

Возле Тэры размещался целый ряд сделанных из рога гаринафина разноцветных рычагов. Она протянула было руку к красному, но вдруг засомневалась.

Механические звери не имели шансов пережить подобную лобовую атаку. Даже металлические сочленения рассыплются под копытами взбешенных буйволов, не говоря уже про детали, сделанные из кости. Однако Тэра отдавала себе отчет в том, что льуку пока еще слишком далеко. Задействовав «Божественный глас» прямо сейчас, она рискует потерять все, чего им удалось достичь.

— Чш-ш-ш… Все хорошо. – Она погладила Торьо по спине. – Не смотри туда.

— Смерть… – пролепетала несчастная женщина. – Я не хочу снова видеть смерть!

Тэра почувствовала себя так, словно бы в сердце ей вонзили клинок. Немыслимо было не сопереживать Торьо. Но как сможет она освободить степь и спасти тех, кого любит, не прибегая к убийству?

«Как мне понять, что я поступаю правильно? Дайте же какой-нибудь знак!» – воззвала она к небесам.

Но боги не ответили. А вот атакующие буйволы уже приблизились настолько, что Тэра могла разглядеть облачка пара, вырывающиеся из их раздутых ноздрей.

Одной рукой все еще обнимая плачущую Торьо, Тэра убрала другую от красного рычага, взялась за черный и резко его потянула.

Сигнальные копья – как внутри, так и снаружи «Семиглавого гаринафина» – начали энергично давать отмашку.

Глубоко в грудной клетке механического монстра, там, где у настоящего зверя размещалось бы сердце, располагался пост главного оживителя.

Созданный командой Тэры арукуро токуа представлял собой громадный костяной каркас на шарнирах, внутри которого находился человеческий экипаж, наделявший машину умом и душой, – то есть устройство это принципиально не отличалось от парящего в небе воздушного корабля или ныряющего в морские глубины механического крубена. Помимо командира экипажа, определяющего общее направление движения, в состав команды каждого костяного зверя непременно входил знаток арукуро токуа, отвечающий за скоординированные действия команды. На воздушных кораблях Дара аналогичное положение занимал главный механик, но Тэра предпочла термин «главный оживитель», отражающий традицию агонов по превращению бездушных костей в живую машину.

Получив сигнал Тэры, Годзофин, главный оживитель «Семиглавого гаринафина», немедленно начал действовать. Он отдавал приказы, а группа кулеков, отобранных за громкий голос, повторяла их, чтобы они дошли до всех членов команды, находящихся в разных частях громадного скелета на шарнирах. Белый пар, вылетавший из ртов повторяльщиков, клубился в морозном воздухе внутри машины, как будто арукуро токуа дышали сами по себе.

Услышав приказ, исполнители (кулеки, ответственные за физические манипуляции с костяными механизмами и находившиеся в подчинении у старших над их командами наро) устремились к гигантским ножным шарнирам, изготовленным из соединенных тазовых и бедренных костей коров. Под ритмичные выкрики Годзофина и его подручных, призванные скоординировать действия отдельных команд, находившихся у шести колес-ног, исполнители опустили тяжелые и крепкие стопоры из ребер гаринафина и заблокировали костяные шестерни. Вопреки холоду, от невероятных усилий у всех со лба стекал пот.