Онлайн книга «Говорящие кости»
|
Торьо полезла наверх быстрее и добралась до черепа. Она прыгнула на пригнувшегося мужчину, громко вопя и вообще стараясь производить как можно больше шума. Тово развернулся, ощерил зубы, воткнул кинжал ей в живот и рассек его поперек. Дымящиеся внутренности вывалились из разреза наружу. Торьо ощущала, как сама жизнь утекает из нее. Инстинкт требовал втолкнуть кишки обратно, отпрыгнуть прочь от этого ужаса, жадно испить еще несколько капель того хрупкого блаженства, что называется жизнью. Она сжимала в ладонях собственные внутренности. Было так легко оставаться в стороне, пребывать отдельно от прочих, держаться одной. Но это состояние предназначено для богов. Людям полагается сплетать свои жизни с судьбами других людей, таких же смертных и таких же непосвященных, любить и ненавидеть. Поэтому Торьо бросилась вперед и оплела единственную руку Тово кольцом из своих кишок. — В сердце моем нет ненависти к тебе, – прохрипела она сквозь выступающую на губах алую пену. – Я никогда не буду убивать… Тово выругался и попытался оттолкнуть девушку, но Торьо обняла его, обхватив руками и ногами за туловище, и отказывалась уступать, хотя чувствовала, как жизнь утекает из нее через рану вместе с кровью, как жизнь уходит из ее легких с последним дыханием. Победная песнь воинов заглушила весь шум, кровь стекала по крыше черепа-каюты и через глазницы лилась на потрясенную Тэру. — О боги! Боги! – взвыла Тэра. Она вся промокла от крови, ладони стали липкими. Она баюкала тело мертвой подруги, отдавшей свою жизнь, чтобы спасти ее. Выбравшись из кабины, Тэра подбежала к скорчившейся фигуре Тово и пнула его в затылок. Тан льуку упал, выронил нож, а затем скатился с крыши кабины. Она безмолвно следила за его телом, пока оно не врезалось в землю. Потом по нему прокатилось гигантское колесо-нога, расплющив и вдавив в почву, навсегда скрыв лицо Тово Тасарику от Ока Кудьуфин. Это стало последним ударом в сегодняшней битве. Голоса агонов победоносно гремели вокруг: — Тен дьудьу купэруна? Агон кьо! Тен дьудьу купэруна? Гондэ кьо! Сидя на исполинской машине, собранной из костей и поющей «Божественным гласом», Тэра рыдала. Льуку были рассеяны по ветру. Она восторжествовала над ними, как восторжествовал некогда император Мапидэрэ над Шестью государствами Тиро, а пэкьу Тенрьо Роатан – над всеми своими врагами. Над головой кружили дикие гаринафины: они свершили месть и теперь издавали удовлетворенные крики. Вот и все. Тэра исполнила данное Таквалу обещание. Люди выкрикивали ее имя, называя величайшей в истории пэкьу степных народов. Но сердце Тэры словно бы обратилось в пепел. Она еще крепче обняла мертвую подругу: — О боги! Боги! Эта работа заняла у Тэры двадцать восемь дней. Она сама собирала сок жгучего кактуса, хотя не была искусна в этом деле. Она расколола панцирь гигантской черепахи и долго полировала его центральный фрагмент песком – сперва крупным, а потом все более и более мелким, – придавая ему форму мемориальной таблички. При помощи губки Тэра втирала кислоту в гладкую поверхность, которую скребла затем твердым кораллом. В результате предплечья у нее покрылись язвами от едкой кислоты, а все пальцы были исколоты жалящими иглами. Однако Тэра наотрез отказывалась принимать чью-либо помощь. |