Книга Говорящие кости, страница 383 – Кен Лю

Торьо открыла глаза, вздрогнув, как если бы очнулась от долгого кошмара, и обвела взглядом творящийся вокруг хаос.

Уцелевшие арукуро токуа, хромая и покачиваясь, снова двинулись вперед.

На западе остатки орды льуку удирали во все лопатки к Татену, а свободные гаринафины пикировали на них, сжигая целые группы воинов в уплату за муки, которые они в свое время претерпели от поработителей.

Мятежные агоны бежали за ними, кричали, радовались, ликовали. Они прогнали с поля боя огромную армию льуку и представляли, какой ужас охватит Татен, когда туда придет скорбная весть, и какой там поднимется плач.

За «Семиглавым гаринафином» простиралось грязное поле, усеянное погибшими людьми, буйволами и гаринафинами. Исполинские костяные машины войны ступали по мертвецам, давя трупы и оставляя в мешанине грязи и снега кровавые пятна. Ничто не могло преградить путь этим созданиям, обладающим силой ветра и дыханием богов. Они были непобедимы.

В черепе-кабине стоял густой дым. С трудом заставляя повиноваться онемевшие конечности, Торьо выбралась через одну из глазниц наружу и примостилась между громадными рогами. Оглядывая поле бойни, она не чувствовала торжества, только усталость и отчаяние.

«Одни убийства сменяют другие – ну просто какой-то замкнутый круг, разорвать который невозможно. Ну почему мы, смертные, обязаны сражаться на стороне смерти, которая и так в конце концов выйдет победительницей?»

Девушка обернулась, намереваясь запомнить, как выглядит смерть, прежде чем забраться обратно в рубку и присоединиться к Тэре.

И замерла в изумлении.

Открыв глаза, Тово Тасарику обнаружил, что попал в кошмарный сон.

В отдалении маршировали по степи гигантские скелеты, чудовища из мифов и легенд. Гаринафины сыпались с неба, как сухие листья, подхваченные огневой бурей. Тан оказался посреди равнины, усеянной обломками машин и оружия, обгоревшими телами людей и зверей.

С трудом поднявшись, Тово понял, что является единственным живым существом на тысячу шагов в каждом направлении. Должно быть, при падении со скакуна он лишился сознания, и агонские воины, сочтя его за очередной труп, прошли мимо, не обратив внимания.

Ковыляющая махина «Семиглавого гаринафина» была не так далеко, как ему казалось, когда он лежал на земле. Вперед она шла медленно: сказывались обгоревшие колеса-ноги и паруса-крылья. В погоне за отступающими льуку пехота агонов намного опередила механического монстра. Тово остался один в тылу врага.

В сердце у него снова вспыхнула надежда. Боги дали ему шанс отомстить, нанести последний удар во имя спасения мечты своего народа.

И тан побежал за громыхающим хвостом медленно шагающего вперед костяного зверя.

Экипаж «Семиглавого гаринафина» бил в барабаны, плясал и распевал песни, по очереди пользуясь ведущей трубой и поющим легким. Победный клич, многократно усиленный благодаря мехам, разносился над полем.

Победители так увлеклись празднованием, что даже не выставили дозорных, и никто не заметил, как какой-то человек решительно взбирается по позвоночнику костяного зверя, направляясь к черепу-кабине.

Торьо закричала, чтобы позвать на помощь, но голос ее утонул в ликующем хоре. Она полезла было назад, в безопасное убежище рубки, но массивная ходячая машина выбрала именно этот момент, чтобы споткнуться, и девушка потеряла равновесие.