Книга Говорящие кости, страница 399 – Кен Лю

Тэра заставляла себя говорить медленно, четко и без ошибок, стараясь, чтобы ее слова были насколько возможно избавлены от влияния родного языка. Она намеренно не спешила, чтобы дать и слушателям, и себе больше времени.

Постепенно таны перестали обращать внимание на ее иноземный выговор, полностью погрузившись в историю. Сердца их сжимались во время рассказа об отчаянном бегстве Таквала и Тэры на гаринафинах из охваченной огнем долины Кири; дух их воспарял, когда они слушали, как ледовые племена примкнули к беглецам, чтобы дать бой на побережье холодного моря. Они смеялись, когда Тэра вспоминала, как в первый раз поднялась в небо верхом на гаринафине; плакали вместе с ней при горькой повести о последних минутах жизни ее мужа. Они стучали по земле оружием, подражая топоту могучих колес-ног арукуро токуа, выли и улюлюкали, воссоздавая тот захватывающий дух миг, когда облако диких гаринафинов закрыло небо, чтобы сражаться на стороне повстанцев…

Признаться, Тэра ненадолго испытала искушение окутать некоторые события – использование тела Таквала для убийства Кудьу и изготовление арукуро токуа, вооруженных «Божественным гласом», – покровом тайны и мистики. Как-никак суеверия и магия были полезными инструментами для отправления власти у многих королей в Дара и пэкьу в Укьу-Гондэ, а убедить агонов следовать за ней по новой дороге окажется намного легче, если люди будут слепо повиноваться, движимые благоговением и страхом перед колдовством.

Но Тэра отринула эту мысль. Ей предстоит стать пэкьу, которая ведет за собой народ, прибегая к силе убеждения, а не тираном, навязывающим свою волю посредством обмана как народа, так и богов.

Поэтому она честно поведала о сомнениях, которые испытывала поначалу, о том переломном мгновении, когда впервые ощутила, как сила богов Гондэ снисходит на нее, о постепенном принятии жизненного уклада агонов, о голосах предков своих новых соплеменников. Не претендуя на обладание некоей магией из Дара, Тэра открыла всем, что могучее и устрашающее оружие, победившее льуку, было создано отважными и умелыми бойцами из обеих разделенных океаном земель, а вдохновлялось оно как инженерным опытом дара, так и мастерством агонов в изготовлении арукуро токуа. Да, это воистину чудесное оружие, но оно является плодом знания, не волшебства.

— Давным-давно Афир и Кикисаво шагнули на неизведанные просторы в поисках знания, – сказала она. – Именно это – познание самих себя, наших союзников и врагов, гаринафинов, своей страны – привело нас к победе и свободе. И продолжит вести нас в будущее.

На этом Тэра закончила свою речь.

Тен дьудьу купэруна? Агон кьо! Тен дьудьу купэруна? Гондэ кьо!

Дрожащий воздух, в котором клубился дым, наполнился ликующими криками, способными, казалось, поколебать основы усеянного звездами свода небес. У всех присутствующих лились из глаз слезы. Воистину они любимцы богов – дух агонов доказал свою несокрушимость. Таны смотрели на женщину, которая привела их сюда, сумев хитростью и силой победить ненавистных льуку, с обожанием еще более пылким, чем пламя большого костра, освещавшего просторный круг циновок, где сидели гости.

Тэра, в свою очередь, оглядывалась вокруг, испытывая некоторое беспокойство. Адьулек почему-то до сих пор так и не появилась.