Книга Говорящие кости, страница 459 – Кен Лю

После коротких дебатов, в которых принимали участие остальные генералы, собрание согласилось с Айей. (Сказать по правде, никто просто не решился спорить с дочерью легендарного маршала Мадзоти, особенно после того, как она сперва процитировала свою мать, а затем и императора Рагина.)

— Я отменяю свой приказ отозвать адмирала Темурури. Отправить ей в поддержку две оставшиеся эскадры воздушных кораблей! Держаться скрытно, но действовать без промедления! – распорядилась Айя. – Мы, в свою очередь, тоже приготовим императору сюрприз!

— Проследите, чтобы Фиро не причинили вреда, – добавила императрица.

Позже той же ночью, близ озера Тутутика, к западу от Пана

Адмирал Темурури тридцать лет прослужила в воздушных силах, однако не могла припомнить битвы более странной и запутанной, не говоря уже о том, что сердце женщины терзали самые противоречивые чувства.

Непрекращающийся дождь хлестал по корпусу ее флагмана «Рана-Кида», отчего тот гудел как боевой барабан. Стоя на мостике под защищающим от ветра козырьком, адмирал напряженно вглядывалась в даль, стараясь увидеть тени неприятельских кораблей. Позади и ниже ее следовали в тесном строю все воздушные силы Пана.

В эту непогожую ночь они пролетели всего лишь несколько миль, но Темурури размышляла над тем, какой долгий путь пришлось ей проделать, чтобы оказаться здесь сейчас в качестве главнокомандующей воздушным флотом.

Она была внебрачной дочерью купеческого сына из Гана и горничной. Их с матерью вышвырнули на улицу спустя неделю после ее рождения. Главным конкурентом того купца был клан Темурури, так что имя, которое мать дала девочке, стало своеобразной местью всему семейству, на большее у бедной женщины просто духу не хватило.

Мать и дочь бродили по Гэджире, перебираясь из города в город. Они брались за все: стирали белье, мыли посуду и помогали служанкам на кухне, подряжались на сбор фруктов и поденную работу в полях, иногда просили подаяние. Когда совсем уж ничего не подворачивалось, мать собирала коренья, чтобы пожевать их и хоть как-то перебить голод. Девочка научилась ловко лазать по деревьям, пугая маму прыжками с ветки на ветку на манер обезьянки, и таскала яйца из птичьих гнезд.

Власть имущие определяют жизнь бедных. Так уж устроен мир. Они даже не мечтали об иной жизни.

— Мы приближаемся к тому месту, где был замечен вражеский флот, – шепотом доложила штурман.

— Всем стоп! – так же вполголоса распорядилась адмирал.

Действуя в скрытном режиме, воздушные корабли соблюдали светомаскировку и старались не производить шума. Не горели шелкокрапинные лампы или факелы, запрещалось даже использование сигнальных колоколов и трещоток. Приказы по кораблю передавались шепотом по цепочке. Сообщение с другими судами было бы невозможным, если бы не изобретение Темурури: между летящими в тесном строю кораблями были протянуты сигнальные линии, концы которых крепились к прикрытым кожухами трещоткам.

— Смотреть в оба! – отдала приказ адмирал. Потом, понимая, какой вопрос крутится в голове у каждого из стоящих на мостике, добавила: – Мне известно не больше вашего.

«Как вообще можно разглядеть хоть что-то в такой дождь?»

Ночные воздушные битвы в Дара случались редко. Воздушные корабли, полупрозрачные корпуса которых светились изнутри, плыли, как медузы, по чернильно-синему небу, освещенному только звездами, и превращались в легкие мишени. Поэтому, если судам приходилось выполнять боевую задачу ночью, они действовали в скрытном режиме, подобно механическому крубену под водой. Сражения сводились, как правило, к мелким стычкам, один корабль против другого. Противники кружили в темноте, действуя почти вслепую и на ощупь, на малом ходу, больше напоминая глубинных созданий, чем обитателей неба.