Книга Пустующий трон, страница 366 – Кен Лю

Одуванчику стало завидно.

— А я редко выезжаю из Пана… – Вдруг она прищурилась. – Постойте. Форель и таро… это ведь не местные ингредиенты.

— Как вы догадались, госпожа Одуванчик? Вижу, вы не просто специалист по съедобной флоре и фауне, а еще и знатный географ…

— Может, хоть на минуту прекратите ехидничать? – Девушка притопнула ногой. – Это важно.

— Что важно? Разумеется, в распоряжении Модзо Му имеются ингредиенты со всего Дара. Кухня его великого предка Суды Му отличалась смешением множества национальных кухонь…

— Не в этом дело! Оба эти ингредиента крайне скоропортящиеся.

— Откуда вы знаете? Вы ведь никогда прежде их не видели.

— Я читаю книги! У поэтессы Накипо из Аму есть стихотворение, в котором она сравнивает непостоянных любовников с глазами лунной форели: «Затуманятся за час». А Луан Цзиаджи писал о том, как быстро скукоживаются гладкие таро, когда их вытаскивают из земли. Вы можете оценить свежесть обоих ингредиентов?

Арона присмотрелась. У рыбины были чистые яркие глаза, а на таро еще блестела влажная земля.

— Рыба еще утром плавала, – сказала она. – А таро выкопаны… не больше двух дней назад.

— Учитывая, как далеко отсюда до Арулуги и Тан-Адю, их могли доставить только по воздуху, – сделала вывод Одуванчик. – Даже моя семья… то есть, я слышала, что даже богатейшие рестораны Пана не могут позволить себе перевозить ингредиенты воздушными кораблями.

Единственный источник подъемного газа на Руи находился под контролем льуку, и Дара пришлось перейти на газ, выделяемый при ферментации удобрений. Он был легко воспламеним и обладал более низкой подъемной силой, поэтому воздушные путешествия и перевозки существенно подорожали и перестали быть доступны даже многим зажиточным и аристократическим семьям. В «Великолепную вазу» доставляли по воздуху некоторые продукты, но крайне мало.

— Теперь понимаю, – кивнула Арона. – Но не вижу ничего удивительного. Клан Хуто сказочно богат, и наверняка они готовы потратиться ради победы.

— Дело не в этом, – возразила Одуванчик. – Помните, как вы недавно говорили мне о значимости историй? Вот и в состязании, как и в пьесе, как и в маскировке, важнее всего история.

— История?! Но какая тут может быть история?

— Деньги можно тратить разными способами, и от выбора многое зависит. Этот ресторан рассказывает историю всем своим видом: вездесущей золотой краской, кричащими самоцветами на фризах, отсутствием удобств для малоподвижных граждан, высокомерием персонала, свободно упражняющегося с ингредиентами, которые не раздобыть даже герцогам. Здесь нет места изяществу. Пока не знаю, что это означает, но знание истории врага – один из ключей к победе над ним.

У Ароны вдруг пробудилось уважение к Одуванчику.

— Я не смотрела на это под таким углом. Вы, очевидно, правы. Уже превосходите свою не-совсем-наставницу.

Они рассмеялись и вдруг поняли, что Кинри уже давно помалкивает. Оглянувшись, они увидели, что юноша стоит поодаль и что-то бормочет про себя.

— Чем занят? – поинтересовалась Одуванчик, легонько пихнув его локтем под ребра.

— Ай! Вы чего это пихаетесь?

— Мы с Ароной пытаемся выяснить историю этого места, – ответила Одуванчик. – А ты почему прохлаждаешься? Это ведь твоя затея.

— Пока вы спорили, я слушал девочку.