Книга Восхождение Морна. Том 2, страница 126 – Ярослав Чичерин, Сергей Орлов

Эти два слова повторялись снова и снова, на каждом втором листке. Пропал без вести. Не вернулся. Последний раз видели. Ушёл и не пришёл обратно.

«Иван Селезнёв, третий курс, факультет прикладной магии. Район Чёрной расщелины. Дата последнего контакта — 14 день весеннего месяца прошлого года».

Почти год назад. Листок пожелтел, но кто-то недавно обновил кнопку — блестела новая, медная, среди ржавых соседок.

«Марина Соколова, второй курс, исследовательское направление. Не вернулась из учебной экспедиции. Особые приметы: родинка над левой бровью, шрам на правой руке».

Под этим листком кто-то приписал карандашом, криво и торопливо: «Тело не найдено».

«Братья Орловы, Пётр и Илья, четвёртый курс. Ушли в Глубину, не вернулись. Если кто-то видел или слышал — сообщите на кафедру практической подготовки».

Под этим было приписано уже другой рукой, аккуратнее: «В Глубину ходить только группами от пяти человек. Приказ ректора № 47».

Я начал считать листки и сбился после тридцати. Некоторые имена выцвели так, что их было не разобрать. Некоторые висели так давно, что бумага почти истлела, держалась на одной кнопке и трепетала от малейшего ветерка.

Под одним листком кто-то приписал карандашом: «Местоположение известно. Ожидает выноса». Под другим — то же самое, только дата стояла полугодовой давности. Полгода. Они знают, где лежит тело, и полгода не могут его забрать. Потому что туда нельзя сунуться. Потому что это будет стоить ещё нескольких жизней. Потому что мёртвым уже всё равно, а живые ещё на что-то надеются.

Какое, мать его, уютное заведение. Прямо курорт для молодых магов.

— Первый день?

Голос был женским. Низким, с хрипотцой, с лёгкой насмешкой в каждом слове.

Рыжая.

Она подошла незаметно, пока я пялился на доску. Или я просто слишком увлёкся подсчётом мертвецов. В любом случае, теперь она стояла рядом, в полуметре от моего плеча, и от неё пахло табачным дымом и цветочными духами.

Вблизи она оказалась ещё симпатичнее, чем издалека. Веснушки рассыпались по носу и щекам, будто кто-то брызнул на неё золотистой краской. Зелёные глаза смотрели насмешливо, но без злости. Губы изогнуты в той полуулыбке, которую я заметил ещё от фонтана.

И мантия. Мантия была расстёгнута достаточно, чтобы видеть ключицы и ложбинку между грудями. А посмотреть там было на что: высокая, упругая грудь, которая явно не нуждалась ни в каких корсетах, чтобы держать форму. Природа постаралась на славу, и рыжая явно об этом знала.

При этом выглядело это не вульгарно, а скорее… со вкусом. Ровно столько открытой кожи, чтобы взгляд цеплялся, но не настолько, чтобы это выглядело дёшево. Тонкая грань между «посмотри на меня» и «руками не трогать», и она балансировала на этой грани с мастерством канатоходца.

— Настолько заметно? — спросил я.

— Все новенькие первым делом идут к доске, — она затянулась сигаретой и выпустила дым в мою сторону. Не в лицо, но близко. Проверяет, зараза. — Стоят, считают мертвецов, прикидывают шансы. Потом либо напиваются в хлам, либо пакуют вещи и бегут домой.

— А третий вариант есть?

— Есть. Но не скажу, что он самый лучший.

— Какой?

— Принять как данность и жить дальше, — она пожала плечами. — Тут не так страшно, как кажется. Если не лезть куда не просят и не строить из себя героя, то можно вполне нормально отучиться и даже выпуститься. Процентов семьдесят справляются с этой задачей.