Книга Терминатор Пепельный фронт, страница 400 – Джон Сан

В идеальном состоянии, согласно логам, которые Элоди видела ранее, эти кольца должны были вращаться с математической, завораживающей точностью гигантского гироскопа. Их вращение генерировало бы сферу чистого, стабильного фиолетового света — хирургически точный прокол в ткани пространства-времени, червоточину, ведущую в 1984 и 1995 годы.

Но сейчас вирус Коннора добрался до контроллеров гироскопов и систем фазового охлаждения.

Первое, внешнее кольцо дернулось. Оно не начало плавный, равномерный разгон, как диктовал строгий протокол запуска. Оно рванулось с места с отвратительным, пронзительным визгом перегруженных сервоприводов, не рассчитанных на такой резкий старт. Многотонная металлические конструкция смазалась в сплошное пятно. Скорость нарастала неконтролируемо, экспоненциально, нарушая все допустимые лимиты физики материалов.

Второе, внутреннее кольцо начало вращаться в противоположную сторону, но его ось уже была смещена. Из-за саботажа магнитных ловушек, которые Элоди физически отключила в зале резонаторов, кольцо потеряло центровку. Оно начало биться о собственные поддерживающие опоры.

Сквозь бронестекло донесся звук, похожий на раскат грома, запертый внутри железной бочки гигантских размеров. От трения многотонных гиперсплавных конструкций на скорости в тысячи оборотов в секунду во все стороны посыпались искры размером с человеческую голову. Они с шипением падали на дно шахты.

«КРИТИЧЕСКАЯ ОШИБКА ПОЗИЦИОНИРОВАНИЯ. НАРУШЕНИЕ ВЕКТОРА ВРЕМЕНИ. КАСКАДНЫЙ РЕЗОНАНС.» — замигал главный экран, заливая изможденное лицо Элоди багровым светом.

Вирус переписывал координаты отправки случайными числами, обнулял таймеры синхронизации, посылал противоречивые сигналы на электромагниты, заставляя их то притягивать, то отталкивать кольца. Хроносфера — машина, способная расщеплять атомы и сшивать само время, венец творения Скайнета — превращалась в гигантскую, неконтролируемую грязную бомбу, запертую в каменном желудке горы.

Внутри сошедших с ума колец начало формироваться темпоральное поле. Но это было не чистое, ровное фиолетовое сияние. Это была рваная, пульсирующая, гноящаяся язва на теле реальности. Жгуче-фиолетовые молнии, неестественно изломанные, толщиной со ствол векового дерева, начали хаотично бить из центра платформы во все стороны.

Они ударяли во внутренние стенки шахты, мгновенно испаряя белый пластик обшивки и оплавляя армированную сталь. Там, куда попадала темпоральная молния, пространство искажалось. Оно шло рябью, как вода от брошенного камня, преломляя свет под невозможными углами. Элоди широко открытыми глазами увидела, как одна из ветвистых молний ударила в выдвижной технический мостик этажом ниже. Мостик не взорвался. Он не расплавился. Он просто… перестал существовать. Молния стерла кусок пространства длиной в десять метров, оставив после себя идеально ровный, отполированный до зеркального блеска срез титана, словно его отрезали скальпелем господа бога.

Гравитация в контрольном зале начала вести себя непредсказуемо, локальная физика ломалась под воздействием искажений. Капли крови, упавшие с подбородка Элоди на пол, вдруг замерли, а затем медленно, вопреки всем законам притяжения, поползли вверх, к потолку. Пылинки, оторвавшиеся от стен при ударах Инквизитора, зависли в воздухе, собираясь в причудливые, бешено вращающиеся спирали.