Книга Терминатор Пепельный фронт, страница 402 – Джон Сан

Элоди, хрипя и задыхаясь от боли в сломанных ребрах, перевернулась на живот. Цепляясь пальцами за микроскопические стыки между напольными плитами, она поползла обратно к консоли. Оставляя за собой широкий кровавый след на безупречно белом полу Скайнета, она подтянулась на дрожащих руках, цепляясь за край пульта.

«Загрузка ядра: 99.9 %…»«СИСТЕМА СКОМПРОМЕТИРОВАНА. ТОТАЛЬНЫЙ ОТКАЗ.»

Оставалось одно. Одно последнее, самое важное действие. Запустить цепную реакцию в основном термоядерном реакторе, сняв все оставшиеся программные блокировки, чтобы эта гора, этот высокотехнологичный левиафан из металла и камня, сложился внутрь себя, испарился в плазменном шаре, погребая навсегда любые шансы машин на победу.

Она уже занесла дрожащую, покрытую коркой запекшейся крови руку над клавиатурой, чтобы ввести финальный код активации сброса стержней, когда звуки бойни снаружи внезапно прекратились.

Скрежет разрываемого металла стих. Визг сервоприводов оборвался на высокой ноте. В коридоре за толстой гермодверью наступила мертвая, неестественная тишина, прерываемая лишь низким гулом разрушающейся Хроносферы где-то глубоко внизу.

Элоди замерла. Холодок, не имеющий ничего общего с температурой в зале, скользнул вдоль ее позвоночника. Она медленно скосила глаза на аварийный монитор.

Весь длинный коридор перед гермодверью контрольного зала был превращен в бойню. Он был буквально завален расчлененными, искромсанными останками идеальных машин Скайнета. Оторванные руки, смятые ноги, пробитые насквозь торсы новеньких Т-800, разорванные пучки оптоволоконных кабелей, глубокие лужи густого черного машинного масла и растекающегося белого хладагента усеивали пол так густо, что белой плитки не было видно.

А в центре этого невообразимого механического хаоса возвышался он.

Инквизитор.

Его левая рука отсутствовала по локоть, из обрубка тянулись искрящиеся провода. Кожа, волосы и синтетическая плоть с лица полностью выгорели еще в Альпах, обнажив жуткий, расплавленный хромированный череп, который местами потек и деформировался от жара магмы. Правая нога искрила при каждом движении, поршневая гидравлика была открыта всем ветрам, а из разорванной грудной клетки, прямо сквозь остатки кевларовой брони, торчали обломки чужих эндоскелетов, которые он вмял в себя в ходе этой безумной драки.

Он выглядел как демон, поднявшийся из самых глубоких, самых темных кругов кибернетического ада. Ошибка алгоритма, воплощенная в металле. Смерть, обретшая физическую форму.

Его единственный уцелевший алый глаз, стекло которого треснуло, пульсировал с маниакальной, нестабильной частотой. Он медленно поднял голову и посмотрел прямо в объектив камеры наблюдения.

Прямо в душу Элоди.

Глухой, чудовищной силы удар сотряс титановую гермодверь контрольного зала, оставив на сверхпрочном сплаве заметную вмятину. С потолка густо посыпалась белая пыль. За ним последовал второй удар. Третий.

Демон пришел забрать свой долг.

ГЛАВА 73: ВСКРЫТАЯ ДВЕРЬ

Четвертый удар не последовал.

Вместо ожидаемого грохота, который должен был окончательно вырвать титановые петли гермодвери из бетонной стены, в контрольном зале повисла густая, тяжелая тишина. Она была страшнее любого шума. Эта тишина была наполнена лишь низкочастотным, утробным гулом разрушающейся Хроносферы где-то глубоко внизу и влажным, хрипящим дыханием Элоди.