Онлайн книга «Святой сатана»
|
— Не серчай на меня, отче! Забыл просьбу свою тебе передать! — Какую еще просьбу? — Важную! Возьми меня, государь, с собой в Москву! Хочу я далее проходить послушание в Чудовом монастыре! На холеном лице пресвитера заиграла снисходительная улыбка. — А денег тебе хватит, раб Божий? Вклад чернеца, желающего жить в Чудовом монастыре, должен быть не менее тридцати рублей! — Сколько? – ужаснулся Маврикий, недоверчиво глядя на пресвитера. – Да я, отец мой, рубля никогда не видел! — Значит, не судьба тебе в стольном городе послушание иметь. Забудь! Иди молись. Проводив надменным взглядом настырного и бестолкового послушника, Варлаам задумчиво произнес, с почти не скрываемым презрением глядя на угодливого склонившегося Фому: — Юноша, кажется, человек отца Феоны? Не нравится мне, что он весь день тут отирался. Зачем? О грехе спросить? А где сама ищейка? На службе его не было. Вынюхивает, змей! Ну, не суть, если сегодня все пойдет так, как задумано, то завтра уедем обратно в Москву! — Скорей бы, отче! Мочи нет! – заохал служка, подобострастно скалясь. — Скоро, скоро уже, – заверил Варллам, сняв с шеи толстую витую цепь, на которой болтался, позвякивая, большой бронзовый ключ, – но для этого ты кое-что должен сделать! Он подошел к своей конторке, привычным движением извлек из ее недр тайник и, открыв крышку снятым с шеи ключом, извлек наружу завернутый в черный бархат гримуар Гонория. — Держи, – протянул он Фоме сверток, – спрячешь в келье старца Иова, только так, чтобы легко найти. — Это уж будьте любезны! – оскалился Фома. – Там куда и положишь, все одно видно. Не келья, а плешь святого Николая! — Не богохульствуй, ветрогон! – разозлился Варлаам, ударив кулаком по столешнице. – Исполняй. Я спать лягу. Разбудишь перед четвертой стражей. Иова судить будут. К тому времени все должно быть сделано! — Будет, государь! – Служка низко поклонился хозяину и, приложившись к его руке, выскочил из комнаты, крепко держа под мышкой сверток с колдовским фолиантом. Оставшись в одиночестве, Варлаам стянул с себя сапоги, босиком прошелся по горнице и, не раздеваясь, с разбегу прыгнул на кровать, с головой зарывшись в пуховые подушки. Некоторое время он еще молча ворочался, хлопая ладонями по перинам, но уже скоро горница огласилась его свистящим влажно-булькающим храпом. Выждав безопасный срок, из-под кровати бесшумно, словно призрак, выбрался отец Феона. Поднявшись на ноги, он «прошелестел» мимо храпящего пресвитера, не производя ни единого звука, будто обладал способностью по собственному желанию, когда необходимо, становиться легче воздуха. Перед тем как скрыться за дверью, монах задержался на мгновенье и, склонившись над спящим, едва слышно прошептал: — Ну что, иерей? Стало быть, встретились! Глава двадцать шестая В приказе пахло чесноком, тушеной капустой и печеным луком. Образцов уселся за свой рабочий стол, принюхался и неодобрительно покачал головой. — Иван Иванович, ты народ хотя бы на обед домой отпускай. Чего они у тебя, как крысы, по углам жрут? Болотников оторвал взгляд от вороха бумаг, лежащего перед ним, и удивленно посмотрел на начальника. — Зачем, Григорий Федорович? От них не убудет. Я сам не ухожу, и эти пусть сидят. В другой раз работать лучше будут! — Нет уж, сударь, так не пойдет, – рассердился Образцов, хватив кулаком по краю стола. – Сам сидишь – изволь! А людей неволить не смей. Они к тебе в холопы не нанимались. Так что, Болотников, давай договоримся, больше мы к этому разговору не возвращаемся! Понял, нет? |