Онлайн книга «Святой сатана»
|
Стромилов кивнул и перевел взгляд на старца. — У тебя, отец Иов, есть чем ответить на столь тяжкие обвинения? — А зачем? Голос Иова был холоден и полон безразличия, точно все происходящее его вовсе не касалось. Присутствующим даже показалось, что старца удивил заданный вопрос. — Как зачем? – опешил Стромилов. – Да понимаешь ли ты, несчастный, что по закону тебе отрубят кисть и стопу, бросят в сруб и заживо сожгут? Иов улыбнулся. — Иоанн Златоуст говорил: «Кто ищет от Бога благодарности за труды свои и делает добро для настоящего, тот уменьшает свою награду; а кто венцов ожидает по смерти своей, тот гораздо более достоин воздаяния». Господь справедлив! Господь все видит. С милостивым поступает милостиво, с искренним – искренно, с чистым – чисто, а с лукавым – по лукавству его. Мне нечего бояться. В юдоли своей гол я перед Богом, аки младенец. А вот души лукавые, промеж нас подвизавшиеся, погубят своих обладателей. Они пусть боятся! Присутствующие, без труда догадавшиеся, о ком шла речь, смущенно потупили глаза в пол, стараясь избегать наполненного холодной яростью взгляда архиепископа. Стромилов даже крякнул от досады. — Однако, старче, неволить тебя не стану. Не хочешь говорить, других послушаем. Остафий, что у нас есть? Изможденный дьяк, услышав свое имя, вздрогнул и развернул свиток, который держал в руках. — К извету владыки приложена отписка бывшего городового дьяка Богдана Ильина, – тусклым голосом простонал он. – Пишет Ильин, что в 119 годе[91] городской воевода Алексей Иванович Зюзин запретил монахам Гледенской обители ловить сетями рыбу в реке Сухоне, чем де изрядно обездолил и без того сильно обнищавших за время смуты иноков. По слову, сказанному старцем Иовом, воевода не мог больше шевелить руками и ногами. Более года возили его по монастырям в поисках лечения, но исцелился он только тогда, когда прилюдно покаялся перед старцем. Дьяк перевел дух, вытер холодный пот со лба и продолжил: — В той же отписке сообщается, что годом ранее напали на обитель воры из казаков и черкасов. По совету старца воры были приглашены для совместной трапезы, во время которой все и заболели неизвестной болезнью. В качестве лечения отец Иов предложил им перестать красть и воровать, а их атаману, дабы избежать смерти лютой, предложил принять постриг. — И что, помогло? – с усмешкой спросил Стромилов. Кувшинов поднял на воеводу грустные, как у старой коровы, глаза и растерянно пожал плечами. — О том в отписке ничего не сказано! — Ладно. Что еще есть? — Много всего! Есть челобитная попадьи Агафьи, Ивановой дочери. Пишет про мужа, бывшего попа церкви Иоанна Богослова Форофона Кононова, укравшего панагию из церковной ризницы. По слову старца, поп сильно умом оскудел и ни к какому делу стал более не пригоден, а семья от того большие убытки терпит. Есть еще тайное доношение владыке Ростовскому и Ярославскому Кириллу от иподьякона Архангельского собора Михайло-Архангельского монастыря Никитки Васильева об архимандрите Иосифе, восемь лет назад уведшем из Гледенской обители вороного коня. Никитка утверждает, что разгневанный Иов предрек тогда архимандриту быструю кончину, которая вскорости и свершилась, ко всеобщему изумлению и страху… — Если это не колдовство, то что – колдовство? – прервал дьяка возмущенный голос архиепископа. |