Книга Темные гастроли, страница 82 – Валерий Шарапов

— И что же вы обнаружили? — подыграл Конюшкину капитан Губанов.

— Мы провели стандартный тест-реакцию агглютинации и выявили наличие всех четырех групп крови, что неудивительно, ведь нам известно, что на месте осмотра должны присутствовать образцы, принадлежащие как минимум шести разным людям. Это если не считать преступников, — совершенно неожиданно Конюшкин подмигнул майору.

Майор Девяткин хоть и удивился, но удивления своего не показал. За годы службы он понял одну простую истину: если хочешь получить от криминалиста или судмедэксперта что-то действительно стоящее — придется набраться терпения и выслушать лекцию по анатомии, химии или криминалистике, как бы сильно ты ни желал получить результат немедленно.

— И вы провели тест на резус-фактор, — подсказал капитан Губанов, который не отличался такой добродетелью, как терпение.

— Совершенно верно, это мы и сделали: провели тест анти-Д сывороткой, — Конюшкин подмигнул и Губанову. — Вам известно, что в мире существует менее одного процента людей с четвертой отрицательной группой крови? Нет? Теперь известно! Четвертая отрицательная интересна еще и тем, что при необходимости переливания крови такому пациенту можно переливать строго четвертую отрицательную группу крови, чтобы не произошла так называемая агглютинация, или склеивание эритроцитов. Все остальные группы крови станут для четвертой отрицательной воинами, которые атакуют ее кровяные тельца и станут с ними бороться, то есть склеивать эритроциты. Мысль уловили?

— В общем и целом, — не слишком уверенно ответил за всех майор Девяткин. — Хотелось бы понять, каким образом все это относится к нашему делу.

— Хороший вопрос, — похвалил Конюшкин. — Этим вопросом задались и мы. Дело в том, что на месте осмотра была обнаружена четвертая отрицательная группа крови. Также мы определили, что данный вид крови не принадлежит ни одной из жертв. Ни у погибших, ни у госпитализированных пострадавших четвертой группы нет!

Конюшкин торжествующе оглядел присутствующих, словно ожидая похвалы с их стороны.

— Хотите сказать, что она принадлежит кому-то из нападавших? — От волнения Губанов приподнялся со стула. — Вы предполагаете, что один из преступников был ранен во время нападения? Это вы пытаетесь нам сказать?

— Совершенно верно, — подтвердил догадку Конюшкин. — Один из преступников ранен, причем, если судить по количеству крови, которую он потерял, ранен он тяжело.

— Вот это новость! — обрадовался Губанов. — Это же означает, что преступники потеряли маневренность. Им потребуется медицинская помощь и какое-то время на восстановление.

— Но ведь это еще не точно, — охладил пыл Губанова майор Девяткин. — Предположения — это хорошо, но фактов-то у нас нет.

— Кровь, которую мы обнаружили на месте осмотра, — не единственный фактор, доказывающий нашу теорию, — заявил Конюшкин. — Есть еще один момент. Во время осмотра табельного оружия участкового мы выяснили, что из этого пистолета было выпущено две пули. Первая, как я полагаю, была выпущена в воздух. Во-первых, таковы правила применения оружия, и, во-вторых, это доказывает пуля, найденная недалеко от того места, где лежало тело участкового. А вот второй пули нам найти не удалось, хотя гильза найдена. Итак, какой из всего этого можно сделать вывод?