Онлайн книга «Горячее Белое море»
|
Вахмистр был несказанно рад узнать, что его соучастие в побеге закончилось. Бреде поблагодарил русского за честную помощь и предложил в награду сто рублей. Тот отказался: — Меня же первым делом обыщут! Как найдут бумажку, так сразу трибунал. — А ты ее спрячь в лесу перед тем, как явиться к своим, — посоветовал Матеус. — Потом заберешь. И Власюк согласился принять награду. Еще ему вернули шашку и револьвер с одним патроном, чтобы смог отбиться от волков. И выдали все оставшиеся сухари плюс банку тушенки. Хватит, чтобы добраться до монастыря… Немцы простились с ним вполне по-дружески и отправились дальше. Правда, без лишнего носильщика тащить тяжести стало труднее. Но и запасы провизии уже подходили к концу… Через день они опять оказались на дороге. Слабая колея вела на Борисоглеб и далее к Варангер-фьорду. По ней можно было быстро и с относительным комфортом добраться до Норвегии, но на пути беглецов ждали жандармы и пограничники. И, скрепя сердце, они опять свернули в леса. Теперь их путь лежал прямо на селение Няхча, возле которого сходились границы России, Норвегии и Великого княжества Финляндского. Местность вокруг изменилась. В треугольнике границ располагались самые северные хвойные леса Европы. Уже за рекой Печенгой болот стало меньше, идти легче. К тому же путники набили руку: плоты вязались быстро, переправы занимали все меньше времени. Беглецы прошли дефиле между Бобозером и Верхним Непомозером, и далее мимо Винозера ступили на левый берег мелкой речушки Коя. Выше Няхчи она впадала в полноводную реку Позрецкую. Там, в устье Кои, и решено было переправляться через границу. Речушка последовательно протекала сквозь небольшие озера — Кой-ярви, Чарль-лу и Безымянное, постепенно набирая силу. Теперь у беглецов оставалась последняя опасность — селение Няхча. Если их действительно ищут, там может стоять отряд пограничников. Поэтому германцы осторожно обогнули населенный пункт с севера и не разжигали днем костры, питались всухомятку. И вот уже открылся вид на Позрецкую и левый ее берег, где кто-то установил палатку. У палатки горела большая гора дров, к небу поднимался столб черного дыма, и толпились несколько человек. За их спинами вдалеке можно было рассмотреть большое озеро Эдеравандет — уже норвежская территория. Капитан раздухарился: — Это они! Нас ждут! Господа, поднажмем, свобода в километре от нас! Он взял у Матеуса винтовку и выстрелил в воздух. Люди на той стороне засуетились, спустились к воде и начали отвязывать большую лодку. Беглецы от счастья принялись обниматься, не различая, кто из них ефрейтор, а кто полковник… И тут за их спинами раздался еще один выстрел. Этот звук как громом поразил всех. Они дружно обернулись: к ним неслись во весь опор семь всадников на сильных конях. До них оставалось столько же, сколько до реки — около километра. Но верховые приближались рысью, и явно успевали перехватить беглецов. — Мы не добежим до берега, — сокрушенно сообщил своим Аусзеер. — Как же так? Откуда здесь конные пограничники? Нас кто-то выдал! — Не надо было отпускать того русского, хауптман! — сердито закричал Матеус. — Все ваша доброта. Он сумел как-то сообщить своим. Черт бы нас всех драл! Бреде молча смотрел то на быстро приближающихся всадников, то на медленно плывущую к ним лодку. Потом сел на землю и бессильно уронил руки: |