Онлайн книга «Ледяной ветер Суоми»
|
— Надо предотвратить расправу, – возмутился русский. – Туоминен нужен мне живой, для допроса. Финн спрятал револьвер за пояс: — Я не стану им мешать. — Как не станешь? Я приказываю. Ты мне подчинен – забыл? — Это вы забыли, где находитесь, – окоротил командированного нотариус. – Я вам подчинен до тех пор, пока это соответствует интересам моей Суоми. А когда не соответствует – я принимаю решение самостоятельно. Казнь Антти Туоминена справедлива, он украл деньги, предназначенные для борьбы за свободу. Пусть сдохнет – не жалко. Повторяю: я не буду препятствовать. Пока сыщики препирались, открылась дверь притона. На улицу вышли двое, они волокли под руки третьего. Тот сопротивлялся как мог. Лыков смотрел во все глаза, понимая, что вмешаться не в силах – его просто убьют за компанию с Бобылем… От толпы активистов отделился человек, занес кинжал. Раз! У Бобыля подломились ноги, и он повис на руках у своих вчерашних товарищей. Те постояли секунду и бросили тело, после чего быстро скрылись в доме. А палачи плотной толпой направились в сторону сыщиков. Те укрылись в подворотне. Двадцать сурового вида мужчин, с винтовками за плечами, прошагали мимо них. Уф… Дав активистам удалиться, Коскинен извлек револьвер: — А вот теперь наступило наше время. — В каком смысле? – удивился статский советник. — Надо захватить банду Иллиеви. А лучше перебить! — Вихтори, ты очумел? Нас всего двое, а их шестеро. — Вы только что хотели сделать то же самое, но с семерыми, – напомнил финн. — Хотел, – согласился русский. – Когда Туоминен был еще живой. А сейчас его закололи, он валяется на улице и истекает кровью. Зачем мне эти ваши междоусобные финские счеты? Деритесь без меня. Ты не помог отстоять Бобыля для ареста. Теперь валяй один. Последнюю фразу Лыков сказал намеренно жестко. Он надеялся, что его помощник трезво взвесит соотношение сил и отступит. Алексею Николаевичу вовсе не хотелось подставлять голову под пули, особенно после того, как нотариус послал его куда подальше… К его досаде, Вихтори заявил: — Ну, тогда я сам. И вышел из-за угла с револьвером в руке. Вот дурак! Черт! Что делать? Но долго раздумывать было некогда. Дверь притона открылась, и наружу полезли разбойники. Коскинен выстрелил в воздух и что-то крикнул на финском – видимо, предложил сдаться. В ответ ребята одарили его целым залпом и скрылись обратно в доме. Лыков полез за браунингом: — Глупая голова, ты не оставил мне выбора. Нешто я брошу полицейского в опасности? — Тогда поддержите меня огнем, – обрадовался финн и пустил заряд в окна. – Мы их задержим. Скоро на пальбу прибегут те два констебля, которые остались в городе. И тогда шайке конец. — Нет, не успеют – шайка ринется на прорыв. Как только поймет, что нас всего двое. — И что делать? – спросил Вихтори, пуская новый заряд. Ситуация накалялась. Люди Иллиеви били по углу, за которым прятались сыщики, сразу из шести револьверов. Звенели разбитые стекла, густо свистели пули. — Держи их на прицеле, – приказал статский советник. – Только береги патроны. А я обойду слева и начну штурмовать с черного хода. Тогда им некуда будет деваться – или сдаваться, или умирать. Сказано – сделано. Лыков выскочил из-за угла, как черт из коробочки. И помчался к забору напротив. Он действовал быстро, и свинец, пущенный ему вдогонку, не попал в сыщика. Ногой Алексей Николаевич выбил доску и пролез во двор. И как раз вовремя. Распахнулась задняя дверь, и наружу выбрался рослый фартовик. Русский выстрелил. Пуля раздробила противнику голову, и он рухнул на пороге. Кто-то попытался вытолкнуть тело, чтобы запереться изнутри, но Лыков не позволил. В два прыжка он приблизился к черному ходу и свалил еще одного бандита. Ага, пошло дело – два на минус! |