Книга Ледяной ветер Суоми, страница 98 – Николай Свечин

Лыков и Коскинен заночевали на пароходе, не пожелав гулять по городу в вечерних сумерках. Но встали пораньше и успели обежать окрестности. Они увидели знаменитый загадочный валун из гранита правильной яйцеобразной формы, словно его вытачивали древние строители. Глыбу отыскали при строительстве Саволкасской железной дороги, и никто не мог объяснить феномен. Еще до отплытия туристы посетили маяк. В одиннадцать, дав гудок, «Аргус» взял курс на Або. Сначала пароход двигался фиордом Вестра – Гангё, затем вошел в Дальсбрукские шхеры и так дотянул до конечного пункта плавания.

В Або на этот раз сыщикам было не до туризма. Они приехали на гору Какола, явились к смотрителю каторжной тюрьмы, обсудили с ним новые сведения и отправились в допросную.

Когда привели Инкинена, Алексей Николаевич воскликнул:

— Здорово, Мыкола! Не чаял увидеть меня живым? А я вот опять к тебе в гости.

— Не понимай, – буркнул арестант.

— Все ты понимай, бестолочь. Не вышло у твоего приятеля убить Лыкова. С пяти шагов в спину стрелял – и промахнулся. От страху, не иначе.

Калеви молчал.

— Чего как воды в рот набрал? Конец твоему дружку. Я знаю, ты поддерживаешь с ним связь. А он сообщил тебе, что остался без денег? Я нашел и конфисковал все триста тысяч. Ну, почти все. И теперь тебе надеяться не на что.

Каторжник по-прежнему не говорил ни слова.

— Я предлагаю во второй и последний раз – выдай местонахождение Бобыля. Пока молчишь, сам себе хуже делаешь. Так и так или я его поймаю, или активисты найдут и прирежут. Гулять осталось недолго. Но, если я поймаю его по твоей подсказке, ты получишь награду. Двадцать тысяч уже не обещаю, ты их сам спустил в ретирадное, когда попытался меня обмануть. Но десять тысяч марок дам.

— Десять тысяч?

— Да.

— Мне надо подумать.

Каторжника увели, а сыщики вернулись в кабинет смотрителя. Алексей Николаевич сказал ему:

— Теперь глядите в оба. А не как в тот раз.

За Инкиненом установили постоянное наблюдение. В нем участвовали все осведомители тюремной стражи, но от рядовых надзирателей этот факт скрыли. Операцию вели лично смотритель с помощником. И вечером один из доносчиков заметил, как Калеви передал что-то арестанту Вийку. Вийк позже сунул это что-то в кулак надзирателю Сярккя.

С этой секунды участь Бобыля была решена. Продажный надзиратель закончил дежурство и отправился на другой берег Ауры. Вихтори, одетый почтовым чиновником, следовал за ним по пятам. На окраине города тюремщик зашел в кабачок с плохой репутацией, выпил там у стойки дрянного вина, бросил бумажку и удалился.

Коскинен дал ему уйти, а сам спрятался в кустах и наблюдал за входом. Через полчаса кабатчик через заднюю дверь выбрался на улицу и, поминутно озираясь, двинул в сторону моря. Шел он недолго, остановился перед постоялым двором с вывеской «Сампалинна» и стукнул в окно. Его, видимо, ждали – окно тут же открылось. Мужчина сунул туда бумагу и припустил обратно. Вихтори остался ждать. Спустя минуту из дома вышел… Антти Туоминен. Осмотрел пустую улицу и вновь закрылся изнутри.

Нотариус хотел уже идти за Лыковым, решив, что дело сделано и укрытие обнаружено. Ему повезло – задержался, справляя малую нужду у забора. Только он собрался бежать, как дверь «Сампалинны» снова открылась. На улицу вышли один за другим семеро. Все были с мешками за спинами, в руках они тоже несли вещи. Банда решила сменить дислокацию!