Онлайн книга «Ледяной ветер Суоми»
|
В Свеаборг телеграммой вызвали капитана второго ранга Колчака, командира эсминца «Пограничник». Этот перспективный офицер был на особой заметке у командующего Балтийским флотом адмирала Эссена. Прежде полярный исследователь, на войне с японцами он проявил себя как выдающийся специалист по минированию. Эссен готовил его на минную дивизию. Колчак взглянул на фальшивую карту закрытия Экенесских шхер и забраковал ее. — Был бы я германцем – ни за что бы не поверил. Кто же так ставит минные банки? — А как надо? – обиделся поручик по Адмиралтейству. — Ну… вот здесь бросить штучек двадцать… Потом вот здесь… Кавторанг увлекся и нарисовал сначала эскиз, а потом, за трое суток, и полную схему минирования фарватеров в шхерах. Потом сплавал в Либаву, на базу минной дивизии, где показал ее начальнику, контр-адмиралу Шторре. Тот одобрил, и они вместе отправились к Эссену. Операция, затеянная КРО Свеаборгской крепости как частная инициатива, поднялась на новый уровень. Фон Эссен отлично понимал важность минной борьбы. Балтийское море как никакое другое подходило для этого: не море, а большая мышеловка для кораблей. Многочисленные архипелаги, россыпи островов в шхерах, узкие проливы и скрытые отмели делали судоходство в этих местах весьма трудным. А если его еще затруднить хорошей минной банкой… Колчак предложил командующему две схемы минирования Экенесских шхер, расположенных между Гельсингфорсом и Гангё. — Которая из них настоящая, а которая липовая? – спросил адмирал. Капитан второго ранга продвинул вперед левый чертеж: — Вот липовая. Но выглядит как настоящая. Колчак явно гордился своим произведением. — В чем отличие? — В липовой мы минируем фарватеры, начиная от острова Юссаре. А на самом деле поставим заграждение между островами Хесте и Хесте-Бусе, значительно ближе к Гангё. Вот тут, напротив лоц-станции… Два адмирала слушали кавторанга с большим интересом. А он продолжал: — Идея состоит в том, что немцы будут ждать наши ловушки ближе к Свеаборгу. Когда они нападут на нас, то выбросят миноносцы с тральщиками вперед уже за мысом Бусе. К бухте Тверминне их тяжелый флот подойдет в предбоевых порядках, рассчитывая на внезапность. И на то, что наши заграждения стоят восточнее. Ну и… Эссен еще долго рассматривал две схемы, задавал вопросы. Потом взял перо и написал на обеих: «Утверждаю». И черкнул свой автограф. — Держите, Александр Васильевич. Главное, не перепутайте! Эту – германцам, пусть подавятся. А эту – флаг-офицеру. И вообще, пора заняться уточнением планов минной войны с удвоенной энергией. Готовьтесь перейти с вашего «Пограничника» в мой штаб на должность начальника оперативного отдела. — В бюрократы? – скривился Колчак, имевший три ордена с мечами и Золотое оружие. — В руководители важнейшего дела. Поручик Самодуров принес фальшивый план заграждений полковнику Николаеву: — Красота! Полюбуйтесь. Начальник КРО разложил план на столе, потрогал пальцем подпись Эссена. — Хм. Действительно красиво. Как хотите скормить это противнику, Лактион Тертиевич? — Через магазин «Оялы». Полковник с поручиком долго прикидывали, как это лучше сделать. Боцман Малов никак не мог стать той фигурой, которая способна раздобыть для германцев секретные карты минирования фарватеров. Нужен был офицер, и притом штабной, а не обычный строевик. Даже интендант, которого уже подготовили для затравки, слишком далеко отстоял от подобных вопросов. |