Книга Ледяной ветер Суоми, страница 90 – Николай Свечин

Лыков отобрал у него справочник и раскрыл наугад:

— Ого! Ваш капитан Мясин с зайчиком?

— Почему?!

Алексей Николаевич показал разворот остальным:

— Тут перечислены все батареи крепости, с указанием не только их местоположения, но и количества орудий, их калибров и фамилий офицеров!

Новиков повысил голос:

— Вы, полковник, пока придумывали липовых шпионов, просмотрели настоящих у себя под носом. Этот справочник напечатан в количестве ста экземпляров. В частной типографии, где хозяином – финн. Несколько из них пропали из самой крепости, а сколько утаили типографские работники? Ведь эта желтая книжечка, по сути, и есть расписание боевых средств Свеаборгской крепости! Вся артиллерия перечислена. И где позиции, и какие калибры. И пулеметные команды. А тут вы сочинили липу и хотите передать ее в магазин «Оялы». Там позиции и калибры будут другие, фальшивые. Но достаточно Рююнянену и его хозяевам посмотреть в украденный уже у нас справочник, и ваша липа сразу будет разоблачена. Теперь поняли?

Полковник покрылся пятнами. Начальник штаба корпуса встал:

— Как руководитель контрразведки в Гельсингфорсе приказываю свернуть операцию по дезинформации противника. Генерал Таубе прав: мы увлеклись ею. Все дальнейшие заказы вражеских агентов, адресованные людям Лошадкина, не выполнять. Ссылаться на то, что возможности агентурной организации теперь равны нулю.

Далее. Подполковнику Казанцеву и штабс-капитану Насникову проработать список бывших японских, а сейчас немецких агентов и вычислить среди них ревизора. Попытаться предугадать, как этот ревизор будет проверять нашу сеть. Статского советника Лыкова прошу помочь офицерам в этом вопросе.

Поручику Самодурову законсервировать флотскую часть сети до особого моего распоряжения. Всех задействованных нижних чинов предупредить о прекращении всяких отношений с финляндцами. Выход их на берег и за пределы крепости временно запретить.

Отставному ефрейтору Алемасову срочно уволиться из вольнонаемных канцеляристов. Рююнянену пусть скажет: контрразведка что-то заподозрила, начались проверки, мне пора делать ноги. Порфирий уезжает в Петербург. Немедленно после визита в «Оялы»! Он свое дело сделал.

Господа офицеры, господин статский советник – все свободны.

Лыков, Насников и Казанцев взялись изучать список, который Таубе привез из Стокгольма. Наиболее подозрительными в нем были трое деловиков. Они часто ездили в Стокгольм и Берлин, имели там серьезные знакомства, вели большую переписку. Все трое скрывали свое участие в «Союзе свободы», хотя являлись влиятельными его членами.

Наблюдательные агенты жандармского управления начали их филировать. Вскоре было замечено, что директор табачной фабрики Лангинпоске встретился с лейтенантом Берндтом-Оскаром-Брюкольфом Венненстрандом. Этот финн шведских кровей служил на линейном корабле «Андрей Первозванный». Лейтенант тяготел к штабной работе, был на хорошем счету у командования. По наведенным негласно справкам, Венненстранд симпатизировал финским активистам. В частных беседах он ругал имперскую политику в Суоми и при этом проявлял интерес к планам модернизации флота.

После свидания с табачным фабрикантом лейтенант расспрашивал сослуживцев-офицеров насчет репутации некоторых из подчиненных им нижних чинов. Тех самых, кто поставлял сведения в магазин электрических товаров.