Онлайн книга «Уральское эхо»
|
Вся местность здесь пронизана глинистыми, тальковыми и хлоритовыми сланцами, которые круто падают и даже стоят в меридиальном направлении. Сланцы в свою очередь сопровождаются в том же направлении вертикальными жилами березита, а тот вкрест простирания пересечен жилами золотоносного кварца. Толщина этих жил – от нескольких вершков до нескольких аршин. Там-то и прячется золото. Среднее его содержание в заводе – 5 золотников на 100 пудов, но местами доходит и до фунта. Золото такое мелкое, что простым глазом его не видно. Только в отдельных жилах можно разглядеть мелкие вкрапления. Породу выдирают кайлом или силой взрыва и поднимают наверх; глубина некоторых шахт достигает 25 саженей. В последнее время стали применять для бурения шурфов под взрывчатку перфораторы Сименса и Гальске. Это такая тяжелая дура, у которой только станина весит шесть пудов да сам перфоратор – три. В узких штольнях с ним трудно разворачиваться, зато если пролез, бурит он быстро. Взрывчатки в золотодобыче используется очень много. Целых 39 разновидностей! Прометей, гремучий студень, фавье, меленит, шеддит, бертолетит, тротил, гексоген, различные сорта динамита. Во время недавнего бунта революционеры воровали все это добро, делали бомбы и кидали их в губернаторов. Умельцев посадили в каторжные централы, но не всех. Специалисты остались и ждут своего часа. Поднятую породу на таратайках отвозят на бегунную фабрику. Там чугунные валики-бегунки измельчают ее. Потом с помощью ртути золото отделяют, а пустую породу (так называемые эфеля) направляют на химическую обработку. В ходе цианирования оставшиеся в эфелях микроскопические частицы золота растворяют с помощью страшного яда – цианистого калия. А потом концентрируют. Химическая очистка налажена лишь в нескольких компаниях, там, где акционеры дали средства на технические новшества. На большинстве приисков никаких усовершенствований нет, все делается по старинке. И много золота остается в эфелях, оттуда его извлечь невозможно… Отделение драгоценного металла с помощью ртути и цианидов – очень вредное занятие. Рабочие болеют и рано умирают. Но другой работы в горах нет, приходится терпеть. В 1814 году в Березовском заводе обнаружили россыпное золото, что дало новый толчок делу. Россыпи эксплуатировать в четыре раза дешевле, и можно делать это артелями или даже в одиночку, что формально запрещено. Содержание металла в жилах выше, но в шахтах и добыча встает дороже. Еще россыпи можно разрабатывать только с 1 мая по 10 сентября, а потом нужно уходить до весны. Если есть теплые промывальни, то разрешают мыть и зимой, но где их взять? А в шахтах разрешено трудиться круглый год. Россыпи нашли далеко от жильных месторождений, до них от завода тридцать пять верст. А до новых уже сорок. Толщина золотоносных пластов везде разная – от вершка до двух саженей. Некоторые лежат у самой поверхности, а с других надо снимать десять-двенадцать саженей торфа. В лощинах залежи узкие, но богатые, а на равнине широкие, но бедные. Средняя толщина наносной породы – полторы сажени. Ее снимают лопатами и отбрасывают в сторону. А золотосодержащую грузят в таратайки и везут промывать. Чаще всего делают это по старинке, в американках. Несколько длинных пятиаршинных ящиков вставляют один в другой, с наклоном. Лопатами бросают туда породу и сильной струей воды вымывают из нее гальку и песок. Тяжелые частички золота оседают в набитых по дну желоба плинтусах. Способ требует много воды, поэтому используется не везде. Кое-где завели экскаваторы, а на реках – драги. Драга – вещь отличная: моет породу все лето, а зимой ремонтируется для следующего сезона. Так и ползет по реке. |